Лучано Берио

(1925-2003)

«Будь я вынужден найти другого итальянского музыканта с равным вкусом к жизни, с равной способностью смаковать жизнь, мне пришел бы на ум Россини», – так знаменитый культуролог и писатель Умберто Эко охарактеризовал личность и творчество композитора Лучано Берио.

Уроженец Лигурии, Берио происходил из династии музыкантов, в семье хранилась рукопись кантаты, которую написал Стефано Берио – предок композитора, живший в XVIII столетии. Первыми учителями Лучано стали отец и дед – церковные органисты. Оба они сочиняли музыку, а дед, глубоко чтивший Джузеппе Верди и ненавидевший Рихарда Вагнера, нередко выходил победителем на конкурсах органной импровизации. В музыкальных впечатлениях недостатка не было – отец играл дома сочинения разных композиторов, а по радио транслировались итальянские оперы. Несмотря на давнюю семейную традицию, романтика моря поначалу увлекала мальчика больше, чем музыка, он мечтал стать моряком, но все изменил «Жан-Кристоф»: прочитав это произведение Ромена Роллана, Лучано твердо решил стать музыкантом.

Жизненные планы Берио были определенным образом изменены войной: на фронте он получил ранение в руку. Последствия этого ранения закрыли путь к исполнительской карьере, и теперь связать свою жизнь с музыкой Лучано мог только одним способом – стать композитором

В послевоенные Берио обучался в Милане сразу в двух учебных заведениях – в университете на факультете права и в консерватории. В это время появляется возможность знакомиться с музыкой, которая при Муссолини была под запретом – с творениями композиторов Нововенской школы, Пауля Хиндемита, Белы Бартока, Игоря Федоровича Стравинского, и эта музыка потрясла молодого композитора. Сочинения, написанные в этот период, в большинстве своем не были изданы из-за чрезвычайной самокритичности автора, лишь некоторые из них удостоились публикации много лет спустя – «Магнификат», «Четыре народные песни», «Дивертисмент».

Интерес Берио к додекафонии углубился благодаря обучению в Тэнглвудском музыкальном центре, где наставником его был соотечественник, работавший в США – Луиджи Даллапиккола. Влияние этого композитора ощущается в сочинениях Берио, созданных в 1950-х гг.

В 1954 г. композитор возвращается в Европу и обучается на Дармштадтских курсах новой музыки. Он познакомился с Дьёрдем Лигети, Карлхайнцем Штокхаузеном и другими авангардистами. Тогда возникло немало студий электронной музыки, и Берио не прошел мимо этого веяния времени – в 1955 г. он основал «Студию музыкальной фонологии». Берио написал несколько электронных сочинений – «Мутации», «Портрет города», «Перспективы». В последующие годы он тоже использовал электронные тембры, но в дальнейшем разочаровался в синтезаторах и даже именовал  их «ужасными машинами».

Многие представители авангарда придерживались убеждения, что музыка выражает лишь саму себя и ничего другого выражать не может и не должна – Берио этого мнения не разделял никогда. Он не отказывался от традиционного представления о музыке как о выражении чувств. В своих творческих поисках он уделял немало внимания единству музыки и слова. Одним из первых сочинений, воплощающих его идеи, стала «Тема»: чтение фрагмента из произведения ирландского писателя Джеймса Джойса подвергается электронным преобразованиям, распадаясь на отдельные звуки. В другом подобном сочинении – «Лик» – процесс идет в обратном направлении: из отдельных звуков постепенно складывается текст. Но для подобных экспериментов не обязательно было использование электронных средств: в 1966 г. Берио создал Секвенцию III для женского голоса, точнее, для конкретной исполнительницы – своей супруги Кэти Бербериан, и наряду с пением как таковым в этом сочинении звучит и напевание «про себя», и глиссандо, и смех, и шепот, и даже кашель – словом, все звуки, которые способен издавать человеческий голос. Еще богаче звуковая палитра пьесы для пяти или восьми голосов «А-Ронне» (ронне – название последнего знака староитальянского алфавита) – в ней появляются и сладострастные вздохи, и чавканье, и рычание, и свист. Текст пьесы составляют известные фразы из Библии, «Фауста», «Божественной комедии» и даже «Манифеста коммунистической партии» (причем каждая цитата – на языке оригинала). Не менее пристально исследовал Берио возможности инструментов, создавая виртуозные пьесы для арфы, флейты, гобоя, фортепиано.

В 1960-х гг. Берио создает крупные вокально-симфонические сочинения. Одно из них – «Эпифании» – состоит из нескольких частей, порядок которых может варьироваться (автор предусмотрел девять вариантов). Одновременно он занимался преподаванием – в Гарвардском университете, в Джульярдской школе. Однако подлинного призвания к педагогической деятельности Берио не чувствовал и оставил ее, вернувшись в 1972 г. на родину. Он находит себя в другой области деятельности – дирижировании, и, вероятно, поэтому в 1970-х гг. пишет немало оркестровых сочинений: «Движение», «Неподвижность», «Впечатление», «Согласие» и другие.

В 1977 г. Берио завершил самое крупное из своих сценических сочинений – «Оперу», в котором разворачиваются три сюжета: миф об Орфее и Эвридике, сюжет американского спектакля «Терминал» (о людях, умирающих в госпитале) и гибель «Титаника».

Хотя Берио и не испытывал особого пристрастия к электронной музыке, он не отказался от этой области искусства полностью: до 1980 г. он возглавлял в Париже отделение электроакустической музыки в IRCAM, а в 1987 г. создал подобный центр во Флоренции.

Лучано Берио ушел из жизни в 2003 г. Его произведения – особенно сольные пьесы – входят в число весьма часто исполняемых произведений.

Все права защищены. Копирование запрещено.

 

Просмотров: 101