Взорванная «пасторальность»

Позади шестой, предпоследний, концерт Петра Лаула из цикла «Все фортепианные сонаты Бетховена», который прошел 15 октября в Малом зале консерватории. Программа состояла только из трех сонат. Но среди них – одна из самых масштабных, самых сложных и монументальных – соната № 29, известная как «Hammerklavier». Прозвучала она во втором отделении концерта, а в первом – Сонаты № 11 и № 15.

Лаул Петр

В наше время существует уже немало исполнителей, трактующих бетховенское сонатное наследие как единое целое. Серии концертов или записей обычно осуществлялись в форме цикла. Первую запись на пластинки сделал Артур Шнабель в 1930-х годах, позднее цикл целиком исполняли Клаудио Аррау, Вильгельм Кемпф, Даниэль Баренбойм, Мария Гринберг, Владимир Нильсен. Петр Лаул уже не первый раз дает серию таких концертов – известно его выступление в 2015 году в родном Санкт-Петербурге и в городе Тарту (Эстония). Предшествовала циклу сонат Бетховена серия из пяти концертов «Три века фортепианной сонаты», состоявшаяся в 2007-2008 годах. И как бы углубившись в тему монументальных, широкомасштабных проектов, Лаул подготавливает новый проект.

На сегодняшний день существует уже немало записей этого цикла целиком, так что и самому пианисту, и публике предстояло искать какие-то другие грани этой прекрасной музыки. Петру Лаулу это прекрасно удалось. Новое, современное прочтение сонат Бетховена, отличающееся от известных всем трактовок, поначалу просто шокирует. Ведь еще с музыкальных школ мы помним, что Бетховен – классик. А это значит, что все диссонансы исполнители стараются сгладить, пробежать мимо них поскорее, темпы берутся те, которые «принято» брать в классических сонатных циклах, игнорируя обозначения самого композитора. А уж про педаль и говорить нечего. Существует вполне устоявшееся мнение, что так как, начиная с 1800-х годов, Бетховен терял слух, он не понимал, что делает. А, следовательно, указанную им педаль брать не обязательно. Но странно тогда получается – большинство написанных композитором в те годы произведений мы принимаем, а то, что нам не нравится, списываем на его проблемы со здоровьем. Наконец, с наступлением XXI века, музыкознание занялось подробным, вдумчивым изучением музыки Бетховена и потянуло за собой целый ряд новых исполнительских решений, трактовок. Сам Петр Лаул в интервью 2016 года сказал: «Сейчас бессмысленно играть Бетховена, как нечто классическое, мудрое и уравновешенное. Это просто уже не интересно. Хочется, наверное, как-то спорить с этой традицией. Бетховен, если в ноты посмотреть, очень много оснований для этого дает».

Петр Лаул

Соната № 15 ор. 28, называемая «Пасторальной», таит в себе огромное количество контрастов, невероятных по своей силе, глубине. Усиливая их, Петр Лаул показал слушателям, что это произведение не ограничивается одним «пасторальным» образом. Уже внутри первой части, в разработке, произошел настоящий взрыв, после которого от первоначального спокойствия не осталось и следа. Словно вихрь, он смел все вокруг, и от темы остался лишь один аккорд. Но она вернулась вновь, и мы, как ни в чем не бывало, снова погрузились в состояние безмятежности. Andante звучало в более подвижном темпе, чем обычно его исполняют, что привело к некоторым изменениям образа. Вторая часть стала сумрачной, беспокойной, мрачной. А остинатное движение вызвало чувство бесконечного движения по кругу. Появляющееся затем скерцо звучало тем более неожиданно – игривое и веселое. Тема Rondo вернула нас к первоначальным пасторальным образам. В исполнении Петра Лаула мы будто слышали тембры народных инструментов, следили за народным танцем.

Завершая концерт, прозвучала соната №29 ор. 106, которую часто называют «Девятой симфонией для фортепиано». И действительно, это первая соната по своей многослойной фактуре, масштабам, замыслу не уступающая симфониям. В исполнении Петра Лаула стоит отметить точное выполнение темповых обозначений. Это изменило довольно многое. Возникло ощущение, что пианист мыслит не мелодией и гармонией, а фактурными пластами. Все мелкое отходит на задний план, вперед выходит резкая смена регистров, приемов, фактуры. А внутри этого невероятная насыщенность – темы наслаиваются одна на другую, происходит их столкновение, борьба. Плотность достигает такого накала, что происходит пресыщение, становится сложно воспринимать происходящее в музыке. При возвращении темы в заключительном разделе это огромное здание рушится, соната подходит к своему логическому завершению. Вместе с исполнителем мы, словно пройдя через густой лес, снова выходим на открытое пространство, снова дышим спокойно.

Заключительный концерт цикла пройдет 10 декабря 2017 года в Малом зале консерватории.

Все права защищены. Копирование запрещено

Просмотров: 61