Патрисия Пётибон

(р. 1970)

«Голос – это центр души», – утверждает французская певица Патрисия Пётибон, и с этим трудно не согласиться, особенно когда речь идет о таком прекрасном колоратурном сопрано.

Патрисия родилась во французском городе Монтаржи. Решение связать свою жизнь с вокальным искусством пришло не сразу. В детстве наряду с музыкой она увлекалась изобразительным искусством и балетом, но все-таки пристрастие к пению одержало верх. Патрисия Пётибон обучалась в консерватории в Туре, а затем в Париже, где наставницей ее была Рашель Якар. Оба учебных заведения певица окончила с отличием.

Оперный дебют певицы состоялся в 1996 г. в Парижской опере – Пётибон выступила в опере Жана-Филиппа Рамо «Ипполит и Арасия». Дебютная партия во многом оказалась судьбоносной – впоследствии Патрисия Петибон прославилась в первую очередь как исполнительница барочного репертуара, что как нельзя лучше соответствует удивительной чистоте ее голоса. Творения Жана-Батиста Люлли, Марка-Антуана Шарпантье, Генри Пёрселла, Антонио Вивальди и других композиторов эпохи барокко стали истинным украшением ее репертуара. К исполнению барочной музыки певица подходит очень строго, называя себя «пуристом» в этом отношении: по мнению Пётибон, исполнять эти произведения следует с оркестром, состоящим из инструментов той эпохи (оркестр современного состава может дать необходимую динамику, но не даст нужных тембровых «красок»).

Но менее всего певицу можно упрекнуть в «узкой специализации». Свой репертуар Патрисия Пётибон сравнивает с коллекцией обуви: вот «маленькие туфли» – произведения Георга Фридриха Генделя и Вольфганга Амадея Моцарта, а вот «большие»… К «большим туфлям» певица причисляет, например, заглавную партию в опере Альбана Берга «Лулу», которую она исполнила на Зальцбургском фестивале. В образе этой героини исполнительницу привлекает сочетание всепоглощающей любви и глубочайшей скорби. Ее Лулу – не столько агрессивная женщина-вамп, «пожирающая» мужчин, сколько жертва, ведомая по жизни провидением от благополучия до полного разрушения и гибели.

Другой композитор ХХ столетия, в чьих произведениях раскрылась одна из граней таланта Пётибон – Франсис Пуленк. Певица принимала участие в записи его «Stabat mater», но особенно важным стало для нее выступление в опере «Диалоги кармелиток» в Театре Елисейских полей. В этом произведении Патрисия исполняла в разные сезоны две роли – Констанс и Бланш. Эти героини глубоко различны: Констанс – яркая, светлая, Бланш – более мрачная, постоянно борющаяся со своим страхом, хотя обеих героинь ожидает трагический финал. Партию Констанс

Патрисия считает одной из наиболее успешных своих ролей, а оперу «Диалоги кармелиток» воспринимает как своеобразный «портрет», запечатлевший образ французской нации в один из самых трагических моментов ее истории (Французская революция), и потому исторический сюжет оказывается глубоко современным: «Мы не можем радоваться крови невинных людей, даже если короли были варварами», – утверждает артистка.

Журналисты иногда спрашивают Патрисию, не скучно ли ей после таких героинь, как Лулу, Бланш или Джильда в «Риголетто», возвращаться к барочной опере, но исполнительница убеждена, что в операх эпохи барокко можно встретить не менее драматичные характеры. Такова, например, Гиневра в опере Генделя «Ариодант», которую Патрисия называет «гиперчувствительной девушкой». В постановке Ричарда Джонса, в которой Пётибон исполняла эту партию, действие оперы Генделя было перенесено в 1970-е гг., что делало ситуацию еще более драматичной.

Но какую бы партию ни исполняла Патрисия Пётибон, для нее это не просто очередной образ, а истинное перерождение: «Иногда я думаю, что артисты – инопланетяне, – утверждает певица. – Нет такой роли, которая не оставляла бы следов на психике». Идеалом для нее является Мария Каллас. Нет, Пётибон не пытается подражать ей в вокальном плане или непременно исполнять те же партии, которые пела она (хотя о роли Виолетты Патрисия мечтает – именно ради того, чтобы лучше узнать Марию Каллас) – но она старается подходить к интерпретации каждой партии так, как делала это Каллас: «Она всегда отдавала всё, вплоть до саморазоблачения… Я считаю ее очень смелой».

Подобная артистическая «смелость» присуща и самой Пётибон – в том числе и в выборе репертуара, она смело берется за новые для нее области музыки. Например, в диск «Melancolia» вошли произведения испанских композиторов – Мануэля де Фальи, Энрике Гранадоса, а также бразильца Эйтора Вила-Лобоса. При записи диска «Nouveau Monde» певица, по ее словам, почувствовала себя Христофором Колумбом, открывающим новые земли: наряду с барочными ариями в этот диск вошли произведения неизвестных композиторов из Южной Америки в сопровождении национальных инструментов. Певица убеждена, что без подобного «исследования новых земель» жизнь в искусстве невозможна: «Мы должны двигаться вперед, чтобы знать, как далеко простираются наши возможности».

 

Копирование запрещено.

Просмотров: 107