Национальный филармонический оркестр России и маэстро Владимир Спиваков посвятили свое выступление музыке Сергея Прокофьева

 

Национальный филармонический оркестр России под управлением Владимира Спивакова

В этом году, когда мировое музыкальное сообщество отмечает 135-летие со дня рождения Сергея Сергеевича Прокофьева, особую значимость приобретают концертные программы, позволяющие заново осмыслить масштаб личности и наследия великого мастера. Композитор-новатор, блестящий пианист и дирижёр, Прокофьев оставил искусству ХХ века произведения, ставшие подлинными вехами музыкальной истории — от камерных фортепианных миниатюр до грандиозных симфоний, балетов и опер.

Монографическую программу, посвящённую творчеству композитора, представили Владимир Спиваков и возглавляемый им Национальный филармонический оркестр России. Концерт, состоявшийся в Светлановском зале Московского международного Дома музыки, стал не только данью памяти великому автору, но и ярким художественным высказыванием о неисчерпаемой актуальности его музыки.

Известно, что всероссийская и европейская слава пришла к Прокофьеву после исполнения им собственных Первого и Второго фортепианных концертов в Москве и Петербурге в 1912–1913 годах. Его исполнительская манера — смелая, рельефная, внутренне свободная — удивительным образом соответствовала эстетике его сочинений. Именно этот дух авторского присутствия ощущался в исполнении Второго фортепианного концерта Николаем Луганским.

Николай Луганский играет в сопровождении Национального филармонического оркестра России

Для выдающегося российского пианиста музыка Прокофьева занимает особое место. Второй и Третий концерты он не раз называл своими любимыми произведениями композитора. «Если Третий концерт — это солнце, то Второй — бездна и огромная внутренняя драма», — отмечает музыкант. Эта мысль стала своеобразным ключом к его интерпретации.

Современник и близкий друг Прокофьева, композитор Николай Мясковский, называл Второй концерт «классическим образцом по ясности формы, сжатости мысли и выпуклости изложения». В исполнении Николая Луганского это произведение раскрылось как масштабная философская драма, в которой виртуозный блеск не заслоняет глубину художественного содержания.

Пианист продемонстрировал редкое сочетание интеллектуальной выверенности и эмоциональной свободы. Его трактовка отличалась концептуальной цельностью, вниманием к каждой детали авторского текста и безупречным чувством стиля. За внешней экспрессией угадывалась глубокая работа мысли, а за виртуозной техникой — стремление проникнуть в самую суть прокофьевского замысла.

Николай Луганский и Владимир Спиваков

Особенно впечатляло мастерство Луганского в построении звуковой перспективы. Каждая линия фактуры обретала самостоятельное значение, каждый голос звучал выразительно и осмысленно. Тонко варьируя ритмическую пульсацию, пианист вовлекал слушателей в непрерывный поток музыкального времени, где стремительная энергия соседствовала с моментами драматического повествования. В его исполнении музыка Прокофьева поражала не только мощью и темпераментом, но и утончённой красотой гармонического языка, причудливой мозаикой тембровых красок и удивительной глубиной эмоциональных подтекстов.

На бис прозвучала изумительная авторская транскрипция романса «Сирень» Сергея Рахманинова, без чьей музыки Николай Луганский практически не мыслит ни один из своих клавирабендов.

Во втором отделении вечера прозвучали два знаковых произведения композитора — симфоническая сюита «Поручик Киже» и фрагменты из балета «Ромео и Джульетта».

Владимир Спиваков

Сюита «Поручик Киже» была составлена Прокофьевым на основе музыки к одноимённому фильму Александра Файнциммера по повести Юрия Тынянова. Это сочинение стало одной из первых крупных работ композитора после возвращения на родину в 1936 году. Работая над партитурой, Прокофьев стремился передать не только атмосферу эпохи, но и внутренний мир своих персонажей. Позднее он тщательно переработал материал киномузыки, создав концертную сюиту, в которой тонкая ирония органично сочетается с лиризмом и яркой театральностью.

Не менее значительное место в наследии композитора занимает балет «Ромео и Джульетта», созданный в 1935–1936 годах. Сегодня трудно представить мировую музыкальную культуру без этого шедевра, однако путь произведения к признанию оказался непростым. Впервые на российской сцене балет был поставлен лишь в 1940 году в Ленинградском театре оперы и балета имени Кирова.

В концертной практике музыка «Ромео и Джульетты» чаще всего звучит в виде симфонических сюит и оркестровых фрагментов. Владимир Спиваков предложил собственную редакцию, объединившую ключевые драматургические эпизоды балета в цельное симфоническое повествование.

Под управлением маэстро оркестр продемонстрировал высокий уровень ансамблевой культуры и тонкое понимание прокофьевского стиля. Каждая деталь партитуры была тщательно выверена, оркестровый эпизод обрёл убедительность и художественную завершённость.  Музыканты чутко реагировали на жест дирижёра, создавая живое и многокрасочное звуковое полотно. Ярким финальным аккордом прозвучал Марш из оперы «Любовь к трём апельсинам». Его искромётная театральность, гротесковая энергия и блестящая оркестровая изобретательность внесли в атмосферу концерта ноту праздничного воодушевления.

 

Фото предоставлены пресс-службой Московского международного Дома музыки