2 марта 2018, Зал имени Рахманинова (Филармония-2), Оркестр «Новая Россия», дирижер Валентин Урюпин, солисты Никита Борисоглебский (скрипка) и Злата Чочиева (ф-но).

Брамс, Академическая торжественная увертюра

Брух, Концерт для скрипки с оркестром

Сен-Санс, Концерт № 2 для ф-но с оркестром

Равель, «Вальс», хореографическая поэма

 

7 марта 2018, БЗК. МГАСО п/у П. Когана, дирижер Наталия Пономарчук

Моцарт, фортепианный концерт №9 ми-бемоль мажор КV.271 (1777), солист Сергей Кузнецов

Прокофьев, Концерт для ф-но с оркестром №3 до мажор, соч.26, солист Лукас Вондрачек

 

В Москве в музыкальной жизни происходит очень много чего. Разгар сезона, жизнь бьет ключом. Посетить все концерты хотя бы пианистов (или с участием пианистов) нет никакой возможности – и потому, что часто события совпадают (как, например, 5 марта, в один вечер в разных залах играли Березовский, Редькин и Дебарг), и потому, что если захотеть услышать даже то, что не совпадает, придется поселиться в концертном зале. При этом критическая жизнь по обыкновению бедна и к ней выражение «бьет ключом» уж никак не отнесешь. Особенно это касается концертов, которые не относятся к числу тех, что «у всех на устах». Вот о двух таких концертах и хотелось бы сказать. Почему именно о них? Потому что они тоже интересны, и с точки зрения «как надо», и наоборот, «как не надо». Кроме того, каждый концерт предоставляет возможность для наблюдений и обобщений.

Первый из них, 2 марта в зале имени Рахманинова (Филармония-2), явился свидетельством того, какое пагубное влияние на художественный результат имеет оркестровая скука. Подозрения возникли прямо начиная с выхода оркестра, когда уже рассевшихся коллег догнал зазевавшийся за сценой артист одной из групп – досадный признак низкой дисциплины и того, что к предстоящему концерту музыканты относятся с прохладцей. Следующий маленький, но неприятный штрих – это когда публику попросили проверить мобильные телефоны, а отозвался на это на виду у всего зала один из музыкантов оркестра, у которого телефон лежал рядом на стуле – как на грех, прямо на авансцене. Помилуйте, какие телефоны во время выступления! Я могу предположить, что за сценой воруют (была одно время, по слухам, нечистая на руку уборщица, но это – в БЗК и давно), но в таком случае хорошо бы всё-таки, чтобы публика не видела этих манипуляций – ощущение приподнятости, праздника сразу исчезает.

К сожалению, когда началась музыка, то подозрения оправдались. В группе первых скрипок ответственно относилась к своему делу, кажется, только концертмейстер – это было видно по штрихам, по вибрации и вообще по отдаче. Группа поддерживала её мало – особенно грустное впечатление оставалось от аккомпанементов, когда, например, четверти на слабых долях не улетали в воздух, поддерживая движение у солиста, а падали тяжелыми плоскими блинами – такие вещи означают, что оркестру просто-напросто лень играть. Бодрое впечатление произвела только группа альтов, вот они точно не спали, и по звучанию и единству было слышно, что им не всё равно. В «Новой России» прекрасная, очень стройная группа медных духовых, чего, к несчастью, не скажешь по этому концерту о деревянных – первый же соль-минорный аккорд в концерте Бруха поверг в глубокую, не предусмотренную композитором печаль. Случайность – это когда что-то одно, либо фальшиво, либо не вместе, а когда и то, и другое, то это не случайность. В этом общем расслабленном поле ответ на дирижерский жест приходил поздно, с люфтом чуть ли не в такт, но Валентину Урюпину, к его чести, удалось гладко провести аккомпанементы (вступали всё же по большей части совместно), а к последней пьесе «La Valse» Равеля – даже и раскачать оркестр, так что Вальс слушался почти хорошо, но было видно, что дирижер хочет намного бóльшего, чем оркестр ему отдает.

Никита Борисоглебский

Роковым образом эта неприятная расхоложенность сказалась и на выступлениях солистов. Не хочу сказать, что оркестр виноват «один во всём», но солисту в таких условиях надо быть поистине кудесником с сумасшедшей харизмой, чтобы суметь пробить собой этот щит благодушия. Не все это могут и хотят. У Никиты Борисоглебского в знаменитом, всеми любимом романтическом концерте не было ничего неожиданного, кроме мелких происшествий. Солидно? Да. Музыкально? Тоже да. Но музыка композиторов условного второго ряда расцветает, когда играющие привносят туда намного бóльшую долю личного отношения, пусть даже в ущерб солидности. То же относится и к концерту Сен-Санса (Злата Чочиева). Было красиво, с прелестными по звучанию лирическими эпизодами, но как бы слишком бытовó. Кто хочет, имеет полное право не согласиться, но по моему глубокому убеждению, такой музыке нужны котурны и повышенный градус (пусть даже нарочито повышенный), только тогда поход на концерт будет иметь смысл бóльший, чем просто приятно провести время под классические домодернистские гармонии.

Злата Чочиева

Совсем другое впечатление оставил концерт в БЗК 7 марта. МГАСО под управлением Павла Когана за последние годы пережил практически полную смену состава (причем неоднократно), уж не знаю, сказалось ли это или имеет место общий прогресс, но МГАСО на этом концерте порадовал высоким качеством музицирования, начиная с аккомпанемента в концерте Моцарта, прозрачного и по-европейски аккуратного. Безвибратная игра струнных предъявляет повышенные требования к интонации в унисонах, особенно с учетом уменьшенного состава (3 пульта первых скрипок), но группы справились, за исключением всего парочки досадных мелочей. Помня, что приглашенным дирижерам дается по традиции лишь три репетиции на программу, эти мелочи можно простить.

Наталия Пономарчук

Наталия Пономарчук обладает точным, понятным жестом и ясно выраженной дирижерской волей, туттийные эпизоды в Моцарте звучали живо и осмысленно – правда, та самая безвибратная игра в сочетании с большим концертным роялем порой производила неожиданно мертвенное впечатление, особенно учитывая теплоту, с которой играл Моцарта Сергей Кузнецов, и особый, светящийся, даже сияющий звук его рояля. Со стороны солиста это был образцовый Моцарт, академичный в лучшем, высшем смысле слова, академичный без иронии: уравновешенный, но согретый таким любованием музыканта играемой музыкой, которая не может не заразить слушателя. До такой степени, что ловишь себя на желании подпевать прямо в зале.

Сергей Кузнецов

Лукас Вондрачек в Концерте Прокофьева выступил темпераментно и очень театрально, но, к сожалению, в первой части это было скорее видно по рукам, нежели слышно, поскольку фортепианная партия практически полностью утонула под оркестром, и дело тут не в оркестре, игравшем аккуратно, а скорее во владении непростой акустикой БЗК, которая прячет средний регистр, выдает наплывы и съедает у пианистов мелкую технику, когда кажется, что нет пальцев. В результате хорошенько расслышать солиста удавалось только начиная со второй части, с соло рояля. Это было очень хорошо, интересно по фразировке, с фантазией по характеру, и заставило захотеть услышать этого музыканта в сольном концерте, тем более что солист как бы приоткрыл окно возможности, сыграв на бис вторую часть Сонаты Шуберта D960. Русская «гуманистическая традиция» велит нам играть и хотеть слушать эту трагичную музыку в духе скорбной сосредоточенности, тем любопытней было проследить за тем, как кто-то её трактует в совершенно ином ключе – без безысходности. Вондрачек сосредоточился скорее на светлой стороне и финальный мажор в конце части выглядел вполне логичным, а уж насколько он шубертовский – есть любители поспорить, я не из их числа. Человек играл как хотел, и был убедителен. Успех Вондрачек имел большой, с бурными овациями и даже свистом со второго амфитеатра после окончания Концерта Прокофьева – что всё-таки кажется некоторым авансом со стороны публики, если учесть, что в Прокофьеве услышать со стороны рояля удалось намного меньше нот, чем их написано композитором. Чего не скажешь о концерте Моцарта, в котором Сергей Кузнецов «доложил» буквально всё до нотки. Конечно, фактура тоже имеет значение, одно дело прозрачный Моцарт, другое – оркестр начала XX века у Прокофьева, но играть в БЗК тоже надо уметь.

Лукас Вондрачек

На обоих концертах залы были хорошо заполнены, в БЗК – практически полностью, и это не может не радовать.

фото автора

Все права защищены. Копирование запрещено.