Музыка Антонина Дворжака прозвучала на открытии XVIII Международного фестиваля VIVACELLO

 

 

Академический симфонический оркестр Московской филармонии. Дирижер — Александр Сладковский

Главная идея Международного фестиваля VIVACELLO — представить виолончельное искусство во всём многообразии его художественных воплощений, раскрыть возможности инструмента в различных музыкальных контекстах и на пересечении с другими видами искусства. За годы существования московский форум занял достойное место среди крупнейших виолончельных фестивалей Европы и США, завоевал международный авторитет и сформировал собственную аудиторию, для которой каждый новый фестиваль становится заметным событием концертного сезона.

Неизменный организатор проекта — культурно-благотворительный фонд «U–Art: Ты и искусство» Иветы и Тамаза Манашеровых, известных меценатов, последовательно поддерживающих современные художественные инициативы. Арт-директор фестиваля, виолончелист Борис Андрианов, пригласил на открытие XVIII форума Александра Сладковского и возглавляемый им Академический симфонический оркестр Московской филармонии. Вечер объединил два сочинения Антонина Дворжака — Виолончельный концерт си минор и Восьмую симфонию, — образовавших своеобразный музыкальный портрет композитора, чьё творчество стало одним из наиболее убедительных воплощений национального начала в европейской музыке.

Дворжак принадлежит к числу тех авторов, кому удалось поднять интонации родного фольклора до уровня универсального художественного высказывания. Чешские напевы, ритмы и танцевальные жанры в его сочинениях обретают масштаб подлинной симфонической поэзии, не утрачивая при этом непосредственности и природной органичности. При этом музыкальный язык композитора оказался открыт и другим национальным традициям: достаточно вспомнить американские впечатления, отразившиеся в его произведениях периода пребывания в США. В этом органичном соединении национального своеобразия и общечеловеческого содержания заключена одна из причин непреходящей популярности музыки Дворжака.

Особая история связана с его отношением к виолончели. Первоначально композитор довольно скептически оценивал сольные возможности инструмента, считая его тембр недостаточно выразительным в крайних регистрах. Изменить мнение заставило знакомство с Виолончельным концертом американского композитора Виктора Герберта. Впечатлённый открывшимися перед ним выразительными перспективами инструмента, Дворжак создал собственный Концерт для виолончели с оркестром си минор, соч. 104, ставший одной из вершин жанра.

Знаменитая реплика композитора — «Наверху она гнусавит, а внизу бурчит» — сегодня воспринимается почти как ироническое предисловие к одному из величайших виолончельных концертов. Однако за историей его создания стоит и глубоко личная драма. Завершив работу над партитурой, Дворжак узнал о смерти Йозефины Каунцовой, сестры своей жены Анны, к которой в молодости испытывал безответное чувство. Потрясённый известием, он вернулся к уже законченному сочинению и существенно переработал финал, включив в него музыкальные воспоминания, связанные с любимой женщиной. Так концерт, изначально задуманный как монументальное симфоническое высказывание, обрёл ещё одно, сокровенное измерение.

Борис Андрианов (виолончель)

Именно этим сочинением открылся фестивальный вечер. Солистом выступил Борис Андрианов, которому предстояло не просто продемонстрировать техническое совершенство, но и раскрыть сложную эмоциональную архитектуру партитуры. Его трактовка отличалась редким сочетанием масштабности и проникновенной лирики. Мощная драматическая энергия музыки естественно соседствовала с доверительной интонацией, а виртуозные эпизоды не становились самоцелью, оставаясь частью единого художественного повествования. Андрианов словно проживал каждую фразу изнутри, обнаруживая в стремительном движении музыки почву для тончайших эмоциональных нюансов. Его виолончель звучала то с благородной патетикой, то с почти вокальной теплотой, а поэтическая сосредоточенность исполнения придавала интерпретации особую убедительность.

Академический симфонический оркестр Московской филармонии под управлением Александра Сладковского оказался чутким партнёром солиста. Дирижёр не стремился перетянуть внимание на оркестровую составляющую, но и не растворял её в сольной партии: диалог двух равноправных художественных начал складывался естественно и органично. Взаимодействие Андрианова и оркестра стало одним из главных достоинств исполнения, позволив в полной мере ощутить симфонический размах концерта и его исповедальную глубину.

На бис Борис Андрианов исполнил «Песню птиц» Пабло Казальса — проникновенную виолончельную транскрипцию каталонской народной мелодии. В этой музыке, традиционно ассоциирующейся с рождественским образом птиц, воспевающих рождение Христа, излучалась простота, свет и надежда.

Дирижирует Александр Сладковский

Второе отделение продолжила Восьмая симфония соль мажор, соч. 88. В отличие от драматически напряжённого Виолончельного концерта, это сочинение раскрывает другую грань дарования Дворжака — его удивительную способность слышать и передавать саму жизнь во всём её природном многообразии. «Мелодии просто льются из меня», — признавался композитор в период работы над симфонией. И действительно, её тематическое богатство словно рождается из непосредственного соприкосновения с окружающим миром. Птичьи переклички флейты, пасторальные интонации английского рожка, танцевальная энергия народных эпизодов создают образ светлой, солнечной Богемии. Однако за кажущейся непринуждённостью музыкального повествования скрывается сложная симфоническая организация, требующая от дирижёра тонкого чувства формы и умения выстроить масштабное целое.

«Восьмая — на рубеже веков и стилей. Там мне, как представителю Татарстана, очень близко, что в финале есть турецкие интонации. Жизнеутверждающая музыка, в её простоте вся сложность и заключается»,

— поделился Александр Сладковский.

В прочтении дирижера Восьмая симфония предстала произведением, в котором природная стихийность и танцевальная свобода подчинены ясной драматургической логике. Сладковский тонко чувствует внутреннее единство партитуры, точно выстраивая темповые соотношения и сохраняя баланс между контрастными образными состояниями. Его интерпретация избежала как излишней тяжеловесности, так и поверхностной идилличности: за внешней безмятежностью музыкального повествования проступали энергия, воля и подлинная жизненная сила.

Академический симфонический оркестр Московской филармонии

Александр Сладковский позволил оркестру в полной мере раскрыть богатство чешского национального колорита, не превращая его в стилизованную декоративность. В этой музыке было много воздуха, света и внутреннего тепла, а её жизнеутверждающая сила рождалась не из внешней эффектности, а из органичного единства всех элементов партитуры.

Продолжительные аплодисменты публики долго не отпускали маэстро со сцены. В ответ на горячий приём Александр Сладковский продирижировал искрометный Славянский танец соль мажор, соч. 46 № 8. Возвращение к миру чешского фольклора стало естественным завершением вечера: стремительная танцевальная энергия, праздничный размах и заразительная ритмическая свобода ещё раз напомнили о том, что национальные корни музыки Дворжака никогда не ограничивали её художественного масштаба.

 

Автор фото — Иван Новиков-Двинский