Двадцать четыре каприса для скрипки соло занимают особое место в творчестве Никколо Паганини – это истинная квинтэссенция его стиля. Слушая их, можно подумать, что подобное сочинение должно быть итогом не одного десятилетия трудов, композиторской и исполнительской практики… Но нет, все было совсем не так! Над Каприсами Паганини действительно работал несколько лет – но всего пять, и началась эта работа, когда ему было девятнадцать лет, однако он уже имел за плечами опыт концертной деятельности. К сочинениям этим он относился со свойственной гению беспечностью – сочиняя то один, то другой каприс в разных местах и в разное время, он дарил друзьям рукописи, и они не были утрачены только благодаря прекрасной памяти музыканта: получив предложение издать их, композитор записал все двадцать четыре пьесы по памяти.

Нельзя сказать, что у Паганини не было предшественников – в первой половине 1733 г. его соотечественник Пьетро Локателли создал цикл из двенадцати сольных концертов под названием «Искусство скрипки», в котором первая и третья части каждого концерта содержали длинные каденции, названные автором каприсами (в общей сложности двадцать четыре) – в них затрагивались все аспекты скрипичной исполнительской техники. В сущности, Паганини сделал то же самое, но уже «на новом витке» – его Каприсы были не каденциями к концертам, а самостоятельными концертными пьесами, и отразили не просто новый этап развития исполнительской техники, а новое – романтическое – мироощущение. Каприсы Паганини можно сопоставить и с сольными Сонатами и Партитами Иоганна Себастьяна Баха – в них тоже выявляются все выразительные возможности скрипки, но если Бах трактовал скрипичную технику в полифоническом духе, то сочинения Паганини имеют гомофонно-гармонический склад.

Жанр каприса, предполагающий свободную форму, предоставляет простор и для полета фантазии, и для демонстрации технических приемов. Не случайно на титульном листе первого издания Каприсов было начертано: «Посвящается артистам». Автор хотел сказать, что произведение свое он предназначает для зрелых, сложившихся музыкантов, превосходно владеющих инструментов – каким уже был он сам на момент их создания, несмотря на молодость. Пьесы поражают разнообразием – не только техническим, но и содержательным, в них есть и драматическая страстность, и нежная лирика. Интонационные истоки мелодий лежат в русле итальянского музыкального фольклора. Более трети пьес имеют размер 6/8, характерный для многих народных танцев Италии.

Сольные пьесы Паганини не похожи одна на другую. Например, в печальном и одновременно торжественном вступлении к Капрису № 4 Роберт Шуман усматривал сходство с похоронным маршем из Героической симфонии Людвига ван Бетховена. Нечто общее действительно есть – и в тональности, и в ритмическом движении, и в интонационном строе.

Вы видите не полный текст статьи. Оформите подписку, чтобы увидеть материал целиком.
Вы можете прочитать текст не оформляя подписку. Оплатите доступ к материалу на одни сутки.

Я уже подписчик. Войти