Григорий Соколов, «Моцарт и Рахманинов. Фортепианные концерты»

Тот, кто ищет славы только ради славы, может зайти далеко, слишком далеко, погрузившись в мир бесконечных сплетен о знаменитостях и скороспелых порождениях саморекламы. Григорий Соколов представляет собой нечто совершенно иное, не связанное с пиар-играми, равнодушное к призывам журналистов поделиться с ними своими мыслями. Ирония заключается в том, что российский пианист, благодаря старательному избеганию интервью в средствах массовой информации и рекламной шумихи, привлекает всеобщее внимание как высокопрофессиональный музыкант, который предпочитает, чтобы его музыка говорила сама за себя. Каждый, кто желает проанализировать мотивы молчания Соколова, сначала должен услышать поэтическое красноречие в его мастерском исполнении каденции из вступления Фортепианного концерта ля мажор Моцарта (К488), где искусная взаимосвязь фразировки, артикуляции и выразительности намного превосходит силу слов, или почувствовать стихийную энергию и необыкновенную напряжённость в финале Третьего фортепианного концерта Рахманинова. Есть ли смысл добавлять какие-либо комментарии? Для Соколова – однозначно нет. Это так же бессмысленно, как обсуждать геометрию потолка Сикстинской капеллы, рассматривая грандиозные фрески Микеланджело. Вывод очевиден: анализ, каким бы умным или разъясняющим он ни был, это процесс сокращения; музыка – это искусство расширения.

Живые записи исполнения Соколовым фортепианных концертов Моцарта и Рахманинова (международный релиз – март 2017 г., Deutsche Grammophon / Universal Music Canada) не являются «новинкой» в хронологическом смысле. Но они звучат свежо и, скорее всего, такими и останутся, независимо от того, сколько раз мы их прослушаем. Моцарт был записан в 2005 году на Моцартовской неделе в Зальцбурге, Рахманинов – десятилетием раньше, в Королевском Альберт-холле, во время столетнего юбилея фестиваля BBC Proms.

Соколов выбрал именно эти прославленные выступления для своего третьего релиза, выпущенного Deutsche Grammophon. Он подписал эксклюзивный контракт с компанией на условиях, что она будет издавать только живые концертные записи. «Монтаж нарушает баланс вещей, – говорил он в то время, когда ещё давал интервью. – Без “поправок” мои записи всегда звучат лучше. Для меня первоначальное исполнение – это образец, а любое изменение, даже одной-единственной ноты, – это искажение». Договор Соколова с Deutsche Grammophon привёл к увеличению намеренно небольшой дискографии пианиста – в каталог, который оставался неизменным в течение двадцати лет, добавилось два сольных альбома и два концертных выступления.

Студийные пересъёмки и монтаж – не для Григория Соколова: музыка – это нечто, создающееся сейчас, в данный момент, уникальное и неповторимое. Живое переживание – всеохватывающе. Между его концертами редко проходит больше недели, а ещё реже можно найти непроданный билет на любой из них.

Манера исполнения Соколова подобна духовной практике, когда каждая эмоция усиливается, каждый жест подразумевает нечто большее. Здесь не может быть ни компромиссов, ни размышлений – только полное погружение в искусство. Вот почему Соколов, жаждущий как можно больше времени для репетиций, давно уже не выступает вместе с оркестрами и дирижёрами. Учитывая факт, что к тому моменту, когда он решил сфокусироваться исключительно на сольных концертах, у него было довольно мало выступлений, это фантастическое прочтение двух великих концертов – Моцарта и Рахманинова – останется значимой вехой на его музыкальном пути: жизнеутверждающий, неподвластный времени пример искусства интерпретации.

Духом времени проникнут фильм-портрет о Соколове Надежды Ждановой под метким названием «Разговор, которого не было», также включённый в концертный DVD. Ждановой, как и многим до неё, не удалось добиться интервью с главным героем фильма. Однако, разговаривая с членами его семьи, близкими друзьями и коллегами, сопоставляя их мысли со стихами жены Соколова, Инны Соколовой, она создала объёмный портрет человека и артиста. Один из собеседников Ждановой помог объяснить магнетизм артистической харизмы Соколова: «Принцип “Не нравится – уходи” неприемлем для великого музыканта. Он всегда говорил: “Если тебе это не понравилось, послушай повнимательней, постарайся понять меня – и ты мой”».

Григорий Соколов, родившийся в Ленинграде в 1950 году, нашёл свой настоящий дом в музыке. «Уже в четырёхлетнем возрасте я каким-то образом знал, что музыка станет моей жизнью, – рассказывал он журналу Gramophone в середине 90-х гг. – У нас дома были пластинки, и я “дирижировал” подо всё, что слышал: фортепианную музыку, оперу, балет, симфонии. И только когда мои родители купили пианино, я перестал дирижировать». Маленький Гриша впервые начал брать уроки фортепиано в возрасте пяти лет и спустя два года поступил в Центральную специальную школу при Ленинградской консерватории в класс Лии Зелихман. Советская система высоко ценила классическую музыку. Обеспечивалось всестороннее обучение юных талантов и поощрялось стремление к совершенствованию.

Соколов продолжил обучение у Моисея Хальфина в Ленинградской консерватории и в 1962 году дал свой первый концерт в родном городе. Затем в 1966 году он получил желанную золотую медаль на Международном конкурсе имени Чайковского в Москве, став самым юным победителем после того, как в самую последнюю минуту вмешался Эмиль Гилельс, председатель жюри и один из величайших пианистов прошлого века. Гилельс в дальнейшем способствовал начальной карьере Соколова, которая расцвела в Советском Союзе и вышла за пределы «железного занавеса» благодаря концертным турам по США и Японии в 1970-х гг.

Несколько лет назад Spectator назвал Соколова «величайшим ныне живущим пианистом», тем, кто «способен творить с роялем такое, что может быть охарактеризовано как “не в человеческих силах”». Его зрелый артистизм, окрашенный личным талантом и очевидной гениальностью, опирается на мощный фундамент, заложенный в юности. В течение десятилетий со времени распада Советского Союза Соколов продолжал неустанные поиски совершенства, подтверждая свой легендарный статус выступлениями, пронизанными творческими озарениями и волнующей неповторимостью.

 

Перевод: Светлана Усачева

Источник: ventsmagazine.com

 

Копирование запрещено

Просмотров: 764