Вторая скрипичная сонатаСоната для скрипки и фортепиано № 2 соль мажор относится к началу кристианийского периода, который стал для Эдварда Грига временем творческого расцвета. С самого начала композитору пришлось столкнуться со множеством трудностей: необходимость содержать семью заставляла давать уроки за небольшую плату, публика Кристиании с трудом воспринимала его музыку (либо в силу академической косности, либо в силу отсталости), работа в качестве дирижера в Кристианийском филармоническом обществе особой радости не приносила – оркестранты играли практически на уровне любителей… Но в 1867 г., когда создавалась Вторая скрипичная соната, композитор еще не прочувствовал в полной мере все эти невзгоды. Незадолго до этого – вопреки сопротивлению родственников – Григ сочетался браком со своей кузиной Ниной Хагеруп, талантливой девушкой, обладавшей прекрасным голосом, с которой они составили не только супружеский, но и творческий союз. Упоение счастьем, которое переживал в то время композитор, в полной мере отразилось в образном строе сонаты – этого светлого и жизнерадостного произведения.

По оригинальности тематизма Вторая скрипичная соната не уступает Первой, но превосходит ее по совершенству формы. Трехчастный цикл отличается исключительной интонационной цельностью. В основе всех тем сонаты лежат трихордовые попевки, характерные для норвежского музыкального фольклора. Особенно сходны друг с другом темы крайних частей, причем для обеих – и для первой части, и для третьей основной тональностью является соль мажор, что придает циклу закругленность.

Свою Вторую скрипичную сонату Эдвард Григ определил как «национальную», и с этим суждением нельзя не согласиться. Если Первая соната еще была отмечена влиянием датского композитора Нильса Гаде, то Вторую можно назвать целиком и полностью норвежской. Композитор словно стремится доказать, что особенности народного норвежского музицирования могут быть органично претворены в рамках классической сонаты – и это ему блестяще удается. Из всех камерно-инструментальных сочинений композитора она в наибольшей степени насыщена элементами музыкального фольклора Норвегии. Не цитируя подлинных народных мелодий, автор использует множество характерных интонаций. В особенности это относится к первой и третьей частям, в которых ярко проявились черты спрингара – норвежского крестьянского танца. Во второй части роль фольклорного элемента не столь значительна, но и здесь появляется имитация хардингфеле. Особенности игры на этой народной норвежской скрипке насыщают музыкальную ткань в изобилии – легкие, причудливые музыкальные орнаменты возникают в скрипичной партии и проникают в фортепианную. Скрипичная партия написана с блеском, но удобна для исполнителя.

Первая часть сонаты – Lento doloroso – Poco allegro – Allegro vivace – открывается импровизационным вступлением. Очертания хроматизизованного скрипичного пассажа настолько причудливы, что он поразил своей остротой даже Ференца Листа. Этот пассаж, «отвечающий» печальным аккордам фортепиано, напоминает те импровизации, которыми народные музыканты в Норвегии привлекали внимание слушателей, начиная выступление. Поворот к мажорной тональности происходит неожиданно. У скрипки в высоком регистре появляется светлая, мечтательная мелодия. Расцвечиваясь хроматизмами и триольными фигурами, эта тема становится особенно легкой, почти «невесомой». Жизнерадостная главная партия по характеру ритмического движения напоминает спрингар. Элегическая, нежная побочная партия по интонационному и образному строю перекликается с некоторыми романсами Эдварда Грига. В процессе развития волевая энергия главной партии раскрывается в полной мере, тема приобретает все более мощное звучание, и даже лирическая побочная партия постепенно вовлекается в танцевальное движение.

Вторая часть – Allegretto tranquillo – воплощает картину идиллической природы. Очаровательная в своей простоте тема близка к народным мелодиям. Своеобразный ладовый колорит придает ей «дорийская секста». Плавное течение мелодии оживляется скрипичными пассажами и арпеджио в фортепианной партии – словно отзвуки народного танца вторгаются в музыкальный пейзаж.

Танцевальные ритмы господствуют в третьей части – Allegro animato. Финал искрится весельем. В его форме присутствуют черты рондо-сонаты, но сходство тонального плана экспозиции и репризы сближает форму со сложной трехчастной.

Сонату для скрипки и фортепиано № 2 соль мажор Эдвард Григ посвятил своему другу Юхану Свенсену – норвежскому композитору, дирижеру и скрипачу: «Ему одному я решаюсь ее доверить», – говорил композитор. Однако первым исполнителем произведения стал другой музыкант – Гудбранн Бён. Премьера состоялась в ноябре 1867 г. на «Музыкальном вечере Эдварда Грига».

 

Все права защищены. Копирование запрещено