Первая скрипичная соната Эдварда ГригаЭдвард Григ создал три сонаты для скрипки и фортепиано, и каждую из них композитор воспринимал как особый этап в своей творческой жизни: «Первая – наивная, богатая заимствованиями, вторая – национальная, и третья – открывающая новые горизонты». Соната № 1 фа мажор была написана, когда композитору было немногим более двадцати – и впоследствии, с высоты прожитых лет, произведение вполне могло казаться ему «наивным»… Но какой именно смысл вкладывал он в такую оценку?

Возможно, умудренному опытом человеку «наивным» казался образно-эмоциональный строй сонаты, исполненной юношеского задора (не случайно основная тональность этого произведения – та же, что и в «Весенней сонате» Людвига ван Бетховена, Первую скрипичную сонату Грига тоже можно было бы назвать «весенней»). «Наивность», о которой говорит композитор, могла заключаться в том новаторстве, которое он проявил в этом произведении: смелые гармонические сочетания, внесение в сонату национального элемента – использование ритмоинтонаций норвежского народного танца спрингара, имитация хардингфеле (норвежской народной скрипки).

Ни скрипкой, ни каким-либо иным струнно-смычковым инструментом Эдвард Григ не владел, однако партия скрипки весьма сложна (назвать ее виртуозной в строгом смысле нельзя, но любительский исполнительский уровень она определенно превосходит – даже для XIX столетия, когда он был достаточно высок).

В отличие от своей «современницы» – Фортепианной сонаты ми минор – Первая скрипичная соната лишена суровой патетики и героических образов. Это очень светлое, идиллическое произведение, в которой отразился трепетный восторг перед красотой природы. Такое образное содержание определило относительно сжатую форму сонаты: если в фортепианной сонате Григ обратился к четырехчастному циклу, то здесь он отдал предпочтение циклу трехчастному. Созревающий талант молодого композитора проявляет себя в оригинальности тем, в непринужденности и свободе музыкального развития, словно пытающегося «разрушить рамки» традиционных композиционных форм.

Гармоническое новаторство Грига проявляется уже в первых тактах первой части – Allegro con brio: словно «обманывая» восприятие слушателя, за ми-минорным и ля-минорным трезвучиями неожиданно следует доминанта к фа мажору. Обе темы экспозиции – и главная партия, и побочная – пронизаны восходящими «призывными» интонациями, широкими мелодическими ходами (в том числе и октавными). Экспозиция отмечена чертами импровизационности, которые связаны в первую очередь с неожиданными изменениями темпа и некоторыми отступлениями от традиционного построения сонатной формы. Например, в конце экспозиции возвращается главная партия, которая приобретает меланхолическое, почти скорбное звучание благодаря проведению ее в медленном темпе – это проведение темы воспринимается как минута печального размышления, вторгающегося в общий светлый и жизнерадостный тон произведения. Некоторая незрелость стиля, которую мог иметь в виду Эдвард Григ, говоря впоследствии о «наивности» своей скрипичной Сонаты, проявляется в разработке с ее пестрым чередованием тематических отрывков.

Часть вторая – Allegretto quasi andantino – исполнена грации и изящества, но в то же время носит пасторальный характер. Её неторопливое ритмическое движение напоминает менуэт, но национальное начало выражено в музыке второй части довольно явственно. Оно проявляется, в частности, в терцовом ходе, который типичен для норвежской народной музыки. Оживленный средний раздел напоминает спрингар – норвежский народный танец.

Финал – Allegro molto vivace – напоминает блестящее каприччо. Скрипичная партия в третьей части отличается наибольшей виртуозностью. Единственный раз в этом произведении Григ отдает дань строгому «академизму», вводя в финал фугато на материале главной партии, но этот момент представляется несколько чужеродным, зато в гармонии ярко проявляются типичные черты стиля Эдварда Грига. Например, к кульминации подводит восходящее параллельное движение трезвучий, находящихся в терцовом соотношении.

Первая скрипичная соната Эдварда Грига была издана в 1866 г. в Лейпциге небольшим тиражом. В этом же городе состоялось ее премьера. Первым интерпретатором сонаты стал шведский музыкант Андерс Петтерсон, а аккомпанировал ему сам автор. Творение молодого Грига стало первой скрипичной сонатой, созданной норвежским композитором, которая удостоилась международного признания. Произведение привлекло внимание Ференца Листа – композитор воспринял ее своеобразие как признак зарождения новой национальной школы. И хотя расцвет камерно-инструментального творчества Эдварда Грига был еще впереди, в Сонате для скрипки и фортепиано № 1 он уже проявил себя как самобытный композитор, крепко связанный с национальными корнями.

 

Все права защищены. Копирование запрещено