Всеми любимая история в поверженных золочёных рамах

 

«Травиата» в театре Арена ди Верона

Хуго Де Ана. Кадр из фильма Травиата

Хуго Де Ана. Кадр из фильма Травиата

Автор этих строк признаётся, что всегда очень любила и любит работы аргентинского дизайнера и режиссера Хуго Де Ана. От него естественно ожидать незабываемого спектакля. Вот уже шестнадцать лет аргентинский мастер меряется силами с таким исключительным, опасным и обязывающим сценическим пространством, как древнеримский амфитеатр в Вероне. Его победы несомненны: супертехнологический и полный потрясающих эффектов «Набукко» (2000), который оказался не совсем по силам техникам Арены и недолго прожил на её подмостках, «Тоска» в стиле гран-гиньоль (2006), «Севильский цирюльник», действие которого развивается в кокетливом саду в стиле рококо (2007). Всё это – лучшие постановки последних лет, и о них никак нельзя сказать, что они плохи и уродливы.

В веронской «Травиате» (премьера 2011 года) Де Ана (как всегда, в одном лице режиссёр, сценограф и художник по костюмам) выбирает в качестве точки отсчёта не слишком знаменитую картину – «Маргарита Готье» работы Эудженио Скомпарини, которая находится в музее Револьтелла в Триесте. Картина написана в 1890 году и, следовательно, от вердиевской «Травиаты» её отделяет около сорока лет. История любви Виолетты и Альфреда в Арене ди Верона разворачивается в конце XIX века.

Foto ENNEVI

Foto ENNEVI

Сценограф Де Ана верен себе, предлагая нечто такое, что сразу захватывает и приковывает взгляд. Секрет «оправы» его «Травиаты» – рамы в стиле Второй Империи, толстые, золочёные, прихотливые (этакое путешествие в апартаменты Наполеона Второго в Лувре). Эти символы буржуазной роскоши расположены на разных уровнях и небрежно брошены на наклонное, опасно вздыбленное пространство. Из рам вынуты зеркала (или живописные полотна), место которых занимает нечто вроде tableaux vivants. Но ещё прежде, чем жизнь закипит внутри золочёной оправы, некие люди в чёрном, словно уже готовые похоронить Виолетту, будут бродить по сцене, безуспешно собирая куски упомянутой картины Скомпарини: разорванное на куски полотно нельзя восстановить, как нельзя собрать обломки разбитой жизни. В заключительном акте взор задержится на огромном количестве предметов – спутников существования главной героини: баулы фирмы Louis Vitton, картины, бумаги, афиша «Травиаты». Обломки собственной жизни предстанут перед глазами Виолетты. В финале ей даже будет не на чем умереть: в её квартире не остаётся ничего, на что можно было бы прилечь. Ещё до начала представления горькая судьба Виолетты, её лихорадочная, жестокая и безутешная жизнь предрешена. В обществе, в котором обречена жить героиня Де Аны, сошедшая с триестинской картины, самым простым и обычным делом являются пощёчины, драки и совершенно преувеличенные физические реакции: Флора чуть не сбивает с ног Д’Обиньи, Альфред и Жермон почти дерутся во время их встречи во втором акте, матадоры на празднике у Флоры готовы попросту убить Альфреда за бросание денег в лицо Виолетте, а в последнем действии в квартиру умирающей врываются маски (в Париже карнавал) и опрокидывают бедняжку на пол…

Foto ENNEVI

Foto ENNEVI

Идея Де Аны, безусловно, эффективна и очень зрелищна. Без зрелищности спектакли в Арене ди Верона просто не могут обойтись, так что некоторые приёмы аргентинского мастера могут быть с уверенностью названы трюками. В конец первого действия Виолетта, сидящая на раме, возносится к небесам (недаром она распевает: «Deve volar il mio pensier…» («Мысль моя должна лететь…»), а золотые блёстки в ночном небе ослепляют зрителя по окончании танцев во втором действии. Костюмы, вдохновлённые афишами Тулуз-Лотрека, очень красивы и отличаются необычайной тщательностью в деталях, хотя созданные Де Аной платья не слишком идут главной героине. Автор наблюдала нескольких очень разных певиц в роли Виолетты, и всегда создавалось впечатление, что артистки не слишком удобно себя чувствовали… Особенно когда «летали» на раме в полосатых чулках и башмачках для исполнения канкана! В остальном постановка «Травиаты» в Арене интересно задумана, умна, динамична и не переворачивает с ног на голову оригинальный замысел, а значит, имеет большой и заслуженный успех.

За пультом ныне стоит Фабио Мастранджело, всегда демонстрировавший, что он – отличное приобретение для Арены, и в нынешнем сезоне подтверждающий свою прекрасную репутацию. В его летающих руках «Травиата» звучит ярко, драматично, порой слишком стремительно.

Foto ENNEVI

Foto ENNEVI

В год премьеры в лице молодых Эрмонелы Яхо и Франческо Демуро вылезли наружу все типичные проблемы современного состояния вокального искусства: наличие преимущественно небольших голосов не слишком красивого тембра, недурной и подходящей к ролям внешности и отсутствие необходимых качеств для партий Виолетты и Альфреда. Пять лет спустя на роли двух протагонистов выбраны соответственно Нино Мачаидзе и тот же Демуро и Екатерина Баканова и Кристиан Риччи. Автор этих строк, в плену исполнения Бакановой партии Лючии в театре Реджо в Парме, предпочла пойти послушать именно её в культовой партии Виолетты.

На огромных и оттого пугающих подмостках Арены ди Верона Екатерина Баканова доказывает, что исполнение вечной роли ей под силу как с вокальной, так и с актёрской стороны. Её голос звучит чисто, трогательно, драматически насыщенно. Её Виолетта подлинно прекрасна, хрупка и нервна и одновременно сильна и способна на истинную любовь и великие жертвы. Её исполнение держит огромный зал в непрестанном волнующем напряжении.

Foto ENNEVI

Foto ENNEVI

Если у Франческо Демуро в год премьеры были серьёзные проблемы, то, к сожалению, и нынешний Альфред – Кристиан Риччи – не лучше коллеги. Фрак Альфреда оказывается велик и ему. У молодого тенора весьма приятный тембр, неплохое владение кантиленой и довольно верная фразировка. Но эти положительные качества в театре были бы заметнее, на грандиозной открытой площадке они почти теряются. Риччи – певец и актёр – предстаёт незначительным, неуверенным, нервозным.

Опытный баритон Далибор Йенис являет традиционного, крепкого, хорошо вышколенного Жермона. Среди исполнителей партий второго плана (все без исключения – bravi!) выделяется голосом и статью молодая Кларисса Леонарди – Флора, которой можно предсказать блестящую карьеру.

В вечер дебюта, когда пели Мачаидзе и Демуро и дирижировал Ядер Биньямини, на Верону обрушилась непогода. Спектакль не раз прерывали, и в конце концов публика отправилась домой после второго действия. Автору, несомненно, повезло: в дивный летний вечер под ясными небесами на громадных пространствах веронского амфитеатра царил голос чудесной русской певицы Екатерины Бакановой. Настоящей Виолетты, которая завоевала сердца всех-всех-всех.

 

Ирина Сорокина

Просмотров: 33