Мир ренессансной музыки более чем многообразен. Среди композиторов XVI века, одинаково часто обращавшихся как к духовной, так и светской жанровой сфере, выделяется Орландо ди Лассо. По-видимому, он обладал прекрасным чувством юмора, которое нашло отражение в некоторых его песенках.

Такой, например, оказалась его многоголосная песня «Fertur in conviviis». Впервые она появилась в печати уже в 1564 году: ее включил в свой четвертый сборник шансон знаменитый издатель Пьер Фалез. Лассо на тот момент было около 32 лет. Шуточный текст песни передает ситуацию, типичную для средневековых странствующих поэтов-вагантов, которые славились своим разгульным образом жизни и проповедованием мирских радостей. В первую очередь, «объектом прославления» здесь становится вино, которое «заставляет клириков говорить на прекрасной латыни», «немым дает красноречие, глухим – слух», «старичков побуждает подпрыгивать», и так далее. В тексте пародируется школярское заучивание латыни: слово «vinum» (вино) перебирается со всеми возможными окончаниями – «vinus» (муж.), «vina» (жен.), «vinum» (ср.). Этот момент иронически обыгрывается: говорится, что и мужской, и женский вариант произношения слова никуда не годятся, в отличие от среднего рода («in neutro genere»), в котором-то как раз вино и является «божественным» («divinum»):

Fertur in conviviis vinus vina vinum.

Masculinum displicet, placet femininum;

Et in neutro genere vinum est divinum,

Loqui facit clericum optimum latinum.

Даже если бы Лассо положил подобный текст на музыку, не прибегая к риторическим средствам, песня уже выделялась бы на фоне многих других – более «благочестивых» – образцов данного жанра. Однако Лассо не был бы самим собой, если бы не прибегнул к юмору в музыке.

 

Последняя строфа текста песни повествует о том, что пьяницы возлюбили кабак более, чем церковь, и будет так всегда, пока те не увидят ангелов, что воспоют им: «Requiem aeternam» (первая строчка заупокойной мессы). В музыке последнего раздела поначалу преобладает контрапункт «нота против ноты» (гомофонный склад), удобный для восприятия текста и часто используемый в светских жанрах. Но в момент возникновения строчки «Requiem aeternam» использованы все возможные и невозможные методы привлечения внимания: все голоса замолкают и начинает солировать бас, который, кривляясь, изображает священника. Склад в этой заключительной строке в целом меняется с «легкомысленного» гомофонного на более «строгий» – полифонический (как было обязательно в мессах того времени). Но главное заключается в том, что в этот момент Лассо начинает цитировать мелодию реально существующего григорианского реквиема – интроита шестой заупокойной мессы.

 

Григорианская мелодия

 

Ее звучание в песенке Лассо

Такое применение григорианской мелодии свидетельствует уже о новом, близком к современному, понимании слова «пародия». Во времена жизни Лассо этот греческий термин, употребляемый крайне редко любителями античных теоретических трудов, был свободен от негативной окраски: пародией тогда могло называться любое заимствование в художественном тексте (в музыке – прежде всего, заимствование многоголосного первоисточника). Но в песенке Лассо пародия имеет как раз комический оттенок, снижающий церковный первоисточник до уровня застольного жанра.

Надо сказать, что фривольный текст песенки Лассо, которая многократно переиздавалась как при его жизни, так и посмертно, не всегда сохранялся именно в этом виде. Так, для солидного издания «Magnum opus musicum» (1604), которое было подготовлено уже сыновьями Лассо после смерти их великого отца, использован иной – «морализирующий» – вариант, в котором подчеркивается не «божественность» алкогольного напитка, а его губительное влияние. «Оптимальная» латынь пьяниц была заменена на «испорченную», а за их деяния их стращают Божьим судом. В некоторых переизданиях Вакх, к которому обращаются за «благословением», заменен благочестиво на Христа.

Впрочем, в данной записи есть оба варианта этой хулиганской, но очень остроумно сочиненной песенки – как более свободный, так и морализаторский:

 

 

Все права защищены. Копирование запрещено.