Многоликий Якобсон

Елена Блох

Объяснение в любви гениальному хореографу

фото с сайта fontanka.ru

 Несколько раз в году во мне просыпается неукротимая и неодолимая, почти фанатская любовь к балетному гению XX века Леониду Вениаминовичу Якобсону. Нет, я не хочу сказать, что в другое время этой любви нет: просто я ее контролирую, а тут все мои усилия рассыпается в пух и прах, и я просто рвусь каждому встречному и поперечному рассказывать и доказывать, что в XX веке не было сопоставимого с Якобсоном по гениальности балетмейстера. А происходит это или после очередного просмотра в Мариинском театре его нечасто идущего балета «Спартак» или еще реже идущего «Шурале», или после удачи попасть на менее редкую концертную программу его миниатюр в театре, хоть и носящем его имя, но почти ничем не подтверждающем это. А еще и 15 января, в день его рождения. На этот раз совпали и недавняя дата дня рождения, и просмотренный намедни балет «Шурале». И вы, дорогой читатель, станете тем встречным-поперечным, которому я на этот раз изолью свою любовь к удивительному балетному кудеснику.

На самом деле, чтобы хоть как-то членораздельно рассказать о том, почему Якобсон – гений, нужно написать не одну статью, а целый цикл под названием «Многоликий Якобсон». Ведь если даже просто просмотреть некоторое количество его работ, то неминуемо придешь к выводу, что под брендовым названием «Якобсон» орудовала целая компания высокоталантливых хореографов, совершенно разных по художественным взглядам и языку, не похожих по стилистике, и имеющих абсолютно несхожие интересы и методы их воплощения. И только, рассказав о каждом из этих хореографов по отдельности, можно хоть как-то приблизиться к пониманию феномена Якобсона.

Но я в своем любовном монологе и не претендую на членораздельность. Любовный монолог – это всегда много междометий и много счастливых воспоминаний, связанных с предметом страсти. И вот мое первое счастливое воспоминание. Я была подростком, когда попала на спектакль театра «Хореографические миниатюры». Незадолго до этого я обнаружила на третьем этаже Эрмитажа зал Родена и испытала настоящее художественное потрясение от того, что мраморная скульптура может не только завораживать красотой человеческого тела, но и заражать какими-то настроениями и эмоциональными состояниями. И когда увидела афишу балетного спектакля, где значилось имя Родена, упросила родителей сделать мне новогодний подарок в виде похода в этот театр.

Вы видите не полный текст статьи. Оформите подписку, чтобы увидеть материал целиком.
Вы можете прочитать текст не оформляя подписку. Оплатите доступ к материалу на одни сутки.

Я уже подписчик. Войти
Просмотров: 758