Александр Васильевич Мосолов

(1900-1973)

Легко ли быть ровесником века? Казалось бы, такая дата рождения ничем не отличается от любой другой – и все же на такого человека смотрят по-особому. Мы расскажем о композиторе Александре Васильевиче Мосолове – начало его жизни почти совпало с «зарей» ХХ века, и ему было суждено стать художником, в полной мере отразившим в своих творениях лик этой непростой эпохи.

Мосолов – уроженец Москвы – происходил из интеллигентной семьи, не чуждой искусству. Мать будущего композитора, обладавшая прекрасным лирико-колоратурным сопрано, была оперной певицей, под псевдонимом Миллер она некоторое время выступала на сцене Большого театра. Отец его был адвокатом, но мальчик рано лишился отца, после чего супругом матери и отчимом Александра стал Михаил Варфоломеевич Леблан – художник, автор множества натюрмортов, пейзажей, жанровых картин, портретов.

Атмосфера в семье располагала к всестороннему развитию и творчеству. Няня учила мальчика немецкому языку, а отчим – французскому. Александр частным образом обучался фортепианной игре у композитора Александра Алексеевича Фет-Шеншина (потомка поэта Афанасия Фета). В их доме бывали собирались художники и музыканты (в их числе – композитор Рейнгольд Морицевич Глиэр), в исполнении матери звучала вокальная музыка. Немало впечатлений получил Александр, побывав вместе с матерью во Франции, Англии и Германии, где она совершенствовала свое вокальное искусство.

Но вот – революция 1917 года… Как воспринял это эпохальное событие юный Мосолов? Подобно многим своим сверстникам, он принял победу революции с энтузиазмом и записался добровольцем в Первый Советский кавалерийский полк, в составе которого сражался против деникинцев. Его военная служба закончилась в 1921 г., когда после контузии медицинская комиссия признала его негодным к продолжению службы. Вскоре после этого он поступил в Московскую консерваторию. Искусству фортепианной игры он обучался у Константина Николаевича Игумнова, композиции – у Глиэра, а с 1924 г. – после отъезда его наставника в Баку – у Николая Яковлевича Мясковского.

Ранние сочинения Мосолова, созданные в первые консерваторские годы, не сохранились, но, по свидетельству современников, он набрасывал мелодии без тактовых черт, целыми нотами. Первые зрелые произведения – «Легенда» для виолончели, пьесы для альта с фортепиано, множество вокальных миниатюр, три сонаты для фортепиано, первую из которых Николай Андреевич Рославец назвал «библией модернизма» – появляются в 1924 г. Тогда же композитора едва не исключили из консерватории за неучастие в концертах для рабочих. Главной причиной подобного «уклонения» были проблемы со здоровьем – последствия участия в военных действиях – но это не было принято во внимание, от исключения его спасло только заступничество Глиэра.

Мосолов завершил учебу в консерватории в 1925 г., представив в качестве экзаменационной работы кантату «Сфинкс» на стихи Оскара Уайльда. Немало новых сочинений вышло из-под его пера в тот год. О Четвертой фортепианной сонате один из современников композитора писал, что «только союз с нечистой силой мог склонить композитора… к бешеным прыжкам и адскому грохоту». Тогда же создается «Баллада» для виолончели, кларнета и фортепиано, Пятая соната, симфоническая поэма «Сумерки».

Одновременно Мосолов проявляет себя в качестве музыкального критика (им написана, в частности, одна из первых в СССР статей о Пауле Хиндемите), руководит секцией камерной музыки при Государственной академии художественных наук. В 1927 г. в авторском исполнении впервые прозвучал Первый фортепианный концерт. Он имел успех, но гораздо более громкую славу принесло композитору другое сочинение этого времени. Большой театр заказал ему музыку для балета «Сталь», но балет так и не был поставлен, а музыку Мосолов переработал в симфоническую сюиту «Завод», исполненную на концерте, посвященном десятилетнему юбилею Октябрьской революции. Избегая грубого звукоподражания, композитор нашел интересные эффекты, живописуя картину работающего завода. В последующие полтора десятилетия сюита трижды издавалась, исполнялась под управлением различных дирижеров, имела успех за границей. Не меньший интерес вызывали вокальные циклы – «Газетные объявления» на тексты подлинных публикаций в «Известиях» и «Детские сценки» на подлинные слова, воспринятые современниками как примеры «ультрареализма». Не столь счастливо сложилась судьба опер Мосолова, которые так и не были поставлены.

В 1930-х гг. Мосолов создает Концерт для арфы с оркестром, несколько сочинений для оркестра, для фортепиано. В 1937 г. Мосолов был арестован и приговорен к восьми годам лишения свободы. Ходатайство обоих консерваторских наставников помогло ему выйти на свободу год спустя, но ему запрещалось проживание в крупных городах.

В годы Великой Отечественной войны главной темой сочинений Мосолова становится героическое прошлое родной страны: симфония-поэма «Украина», хоровые песни об Александре Невском, кантата «Минин и Пожарский». Эта тематическая линия была продолжена в послевоенных сочинениях – кантата «О Ленине», ода «Слава Великому Октябрю». Другим направлением деятельности Мосолова после войны становится изучение фольклора Кубани, результатом явилось издание песенного сборника, написание «Симфонических картин из жизни кубанских казаков-колхозников», двух Кубанских сюит, одна из которых предназначалась для русского народного оркестра. С середины 1960-х гг. композитор изучал фольклор Русского Севера, создавал песни для Северного хора.

Последние годы жизни Мосолова были омрачены серьезной болезнью. Будучи не в силах записывать музыкальные мысли, он диктовал их супруге, напевая или наигрывая одной рукой. Композитор скончался в 1973 г. за месяц до своего семидесятитрехлетия.

Некоторые произведения Мосолова утеряны, но сохранившиеся сочинения все чаще исполняются и в России, и за ее пределами.

Все права защищены. Копирование запрещено.

Просмотров: 51