Прошлому свойственно повторяться на новом витке. В ХХ столетии – при всем предельном рационализме этой эпохи – человечество обратило взор в сторону бессознательного, сверхчуственного – словом, всего того, что в глазах людей древних составляло загадочное понятие магии. И потому не кажется удивительным, что в творениях композиторов Новейшего времени нередко возникали магические мотивы. В особенности это относится к композиторам Латинской Америки – в музыкальной культуре этого региона подобное качество выражено в такой степени, что российский музыковед Виталий Романович Доценко счел возможным употребить по отношению к латиноамериканской академической музыке не вполне обычный термин – «магический реализм». При всей своей кажущейся противоречивости такое понятие обладает своей особой логикой – оно отражает сущность магического сознания, которое современный человек, быть может, уже и неспособен примерить на себя в полной мере – но он может вспомнить, что когда-то такое мироощущение было присуще далеким предкам. Мы расскажем об одном из музыкальных произведений, родившемся в Латинской Америке и отражающем древний взгляд на мир, преломляемый через призму восприятия современного человека – о «Кантате магической Америке» аргентинского композитора Альберто Эваристо Хинастеры.

Кантата была завершена в 1961 г. Сам Хинастера определял совокупность эстетических идеалов, которых придерживался в то время, как «романтический сюрреализм». Романтической чертой было, несомненно, обращение к национальным корням: для кантаты Хинастера избрал поэзию трех цивилизаций доколумбовой Америки, каждая из которых обладала своим собственным индивидуальным обликом, ацтеки не были похожи на майя, а инки отличались и от тех и от других. Соединение образцов поэзии инков, майя и ацтеков говорит о стремлении создать не «этнографическую зарисовку», а обобщенный образ американской древности, или даже человеческой древности вообще (не стоит забывать, что в самом Хинастере крови коренных латиноамериканцев не было – его родители были эмигрантами из Европы).

Содержание «Кантаты магической Америке» – история доколумбовой Америки от зарождения ее цивилизаций до их гибели от рук завоевателей. Эта история излагается в символической форме с использованием «вечных образов», близких и понятных представителю любого народа – таких, как рассвет, любовь, смерть, пророчество, борьба.

Необычен для кантатно-ораториального жанра исполнительский состав произведения: в нем не участвует хор, вокальное начало ограничено драматическим сопрано, а вместо обычного симфонического оркестра пение сопровождает своеобразный оркестр, состоящий из ударных. Среди них – литавры, челеста, колокола, колокольчики и другие – в общей сложности пятьдесят три инструмента, среди которых присутствует фортепиано, но в таком контексте и оно воспринимается как вариант ударного инструмента с определенной высотой. «Кантату магической Америке» можно назвать истинной «квинтэссенцией ударного начала». Обращение к ударным инструментам объясняется пристальным вниманием композитора к наиболее древнему элементу музыкального искусства – ритму, который играет центральную роль в этом сочинении Хинастеры (например, в «Погребальной песне» динамические «вспышки» чередуются с затишьями, а в «Пророческой песне» монотонные ритмические последовательности перемежаются выразительными паузами). Ритм здесь – главное выразительное средство, но не единственное, не менее важную роль играют тембры. Например, в «Песне уходящих воинов» ударные инструменты объединяются в мощные звуковые блоки, а в «Ноктюрне и песне любви» таинственно «переливаются» звуки челесты, рояля и колокольчиков.

Партия солистки-сопрано отмечена чертами экспрессионизма. В ней немало необычных вокальных приемов – придыхания, глиссандирование, мелодекломация, встречается в ней и микроинтервалика. В ритмическом отношении вокальная линия не менее сложна и интересна, чем инструментальные партии, она изобилует смещенными акцентами.

Премьера «Кантаты магической Америке», которая состоялась в 1961 г. в Вашингтоне в рамках Второго межамериканского фестиваля, обернулась истинным триумфом Альберто Хинастеры. Критики отмечали невероятную сложность ритмических и мелодических контуров, говорили о «новом волшебном мире фантастических звуков», созданном композитором. Некоторым рецензентам «Кантата магической Америке» своей первозданной стихийной мощью напомнила «Весну священную» Игоря Федоровича Стравинского. Наряду с такими произведениями, как «Индейская симфония» Карлоса Чавеса и «Сенсемайя» Сильвестре Ревуэльтаса «Кантата магической Америке» Хинастеры была единодушно признана совершенным выражением латиноамериканского духа.

 

Копирование запрещено.