Франц Шуберт «Лесной царь»

Франц Шуберт «Лесной царь»В литературе предромантического времени и самого романтизма с его интересом к Средневековью возродился жанр, пришедший из этой эпохи, казавшейся одновременно и мрачной, и притягательной – баллада. Среди поэтов, работавших в этом жанре – такие гении, как Иоганн Вольфганг Гёте, Фридрих Шиллер, Генрих Гейне. Но если возрождение баллады состоялось в поэзии, то изначально этот жанр был все-таки музыкальным – следовательно, вернувшись в литературу, он неизбежно должен был прийти в музыку, и это произошло. Еще в XVIII столетии баллады писал, например, немецкий композитор Иоганн Рудольф Цумштег – современной публике его имя мало знакомо, но Франц Шуберт в пору учебы в конвикте очень увлекался его балладами, а впоследствии он и сам создавал песни-баллады. Таковых у Шуберта немного, и наиболее совершенной из них по праву считается «Лесной царь».

На момент создания «Лесного царя» композитор был очень молод – ему было всего восемнадцать лет. По свидетельству друга композитора, баллада Гёте «Лесной царь» глубоко взволновала юношу: в «разгоряченном состоянии» он то громко читал стихи вслух, то прохаживался по комнате, а затем сел и написал балладу за очень короткое время.

В стихотворении Гёте, которое так захватило Шуберта, есть все, что ассоциируется с жанром баллады: сочетание повествования и драматичного сюжета, и мрачная фантастика, и трагическая развязка. Все это присутствует и в музыке Шуберта. В «обстановку действия» вводит фортепианное вступление: биение аккордов на триолях и октавах будет сохраняться на протяжении всего произведения, оно играет одновременно и звукоизобразительную роль (топот скачущего коня), и выразительную (тревога и страх, которыми пронизана песня). Повествовательное начало, характерное для баллады, воплощено в своеобразном «обрамлении»: баллада начинается и завершается словами рассказчика – и в речи этого «персонажа» преобладают квартовые и квинтовые ходы, движение по аккордовым звукам – все это придает определенное спокойствие и даже отстраненность.

Однако большую часть текста баллады составляет прямая речь трех действующих лиц – отца, мальчика и Лесного царя. Музыкальная речь всех трех этих персонажей отличается от относительно спокойных декламационных фраз рассказчика. Но отличаются образные характеристики и друг от друга: реальные персонажи противопоставляются фантастическому.

Речитативные реплики отца и мальчика отличаются остротой, которая усугубляется хроматизированностью, а также высокой тесситурой – в особенности у мальчика – подлинный крик ужаса звучит в его фразах. Примечательно, что принципиального различия между музыкальной речью ребенка и отца усмотреть нельзя: хотя отец и пытается успокоить сына, он сам напуган, он не верит в то, что пытается ему внушить.

Страшному реальному миру, которому принадлежат отец и ребенок, противопоставлен фантастический, притягательный мир Лесного царя: вместо коротких речитативных фраз – плавно льющаяся мелодия с закругленными фразами. Меняется даже фактура сопровождения – из нее исчезает ритм скачки, уступая место более спокойным ритмическим или гармоническим фигурациям. Лишь в последней реплике Лесной царь «сбрасывает маску», от обольстительного зова переходя к угрозам («Неволей или волей, а будешь ты мой») – здесь восстанавливается первоначальная беспокойная фортепианная фактура. Трагичность развязки подчеркивается бесстрастным речитативом рассказчика («В руках его младенец был мёртв»).

Первыми слушателями баллады стали друзья Шуберта. По свидетельству одного из них, «в тот же вечер «Лесной царь» был исполнен и принят с восторгом».

 

Музыкальные Сезоны

Просмотров: 519