Остаться в Конфетной стране

Chava Lansky

Художники по костюмам Рейд Бартельм и Хэрриет Юнг переосмыслили «Щелкунчика»

В мае мы познакомились с новой линией купальников, которую дизайнеры Рейд Бартельм и Хэрриет Юнг, основатели Reid and Harriet Design, создали на основе театральных костюмов Джастина Пека. Этот дуэт, известный своей работой с самыми знаменитыми компаниями, включая Нью-Йоркский балет, Театр американского балета и Балет Майами-сити, обладает огромным опытом создания причудливых и в то же время изящных костюмов, а также переосмысливает роль, которую костюм играет в танце. «Часто художников воспринимают как исполнителей, а не как творцов», – говорит Бартельм, отмечая, что он и Юнг часто ощущают себя на самом дне постановочного процесса. Этой осенью они взяли дело в свои руки. Являясь стипендиатами-резидентами Центра балета и исполнительских искусств Нью-Йоркского университета, Бартельм и Юнг предприняли несколько иной подход к созданию балета – они начали с дизайна.

В своей работе Бартельм и Юнг обратились к модели начала ХХ века, которая использовалась в «Русском балете Сергея Дягилева», когда композитор, хореограф и художник были одинаково важны и на равных участвовали в создании произведения искусства. Костюмы и декорации в постановках «Русского балета» делались по эскизам Пабло Пикассо, Коко Шанель и Анри Матисса.

Недавно Бартельм и Юнг представили результаты своего творчества на неофициальном семинаре Центра балета и исполнительских искусств. Для работы они выбрали «Щелкунчика» – балет, наиболее соответствующий этому времени года и к тому же чаще всего исполняемый в стране. Помимо художников и режиссёров, Юнг и Бартельм стали ещё и драматургами своей постановки – они глубоко погрузились в литературную основу балета, перенося её со страниц на сцену. Больше, чем современные интерпретации «Щелкунчика», их вдохновляла сама сказка Э.Т.А. Гофмана и её более позднее переложение Александром Дюма. Результат? Уникальный «Щелкунчик», не похожий ни на один из предыдущих.

Предоставлено Reid and Harriet Design

Юнг и Бартельм переместили время действия «Щелкунчика» в 50-е годы. Почему? С одной стороны, с чисто эстетической точки зрения, а с другой – это было время строгих консервативных правил, против которых Мари бунтует во втором акте. Первое, что мы видим, это семья Мари, собравшаяся встречать Рождество. В отличие от привычной всем сцены бала, это праздник в узком семейном кругу, что гораздо ближе к тексту сказки Гофмана. Мари находится на авансцене, одетая в простое голубое платье, которое, по задумке художников, должно вызывать ассоциации с такими же голубыми платьями других юных сказочных героинь – Алисы из «Алисы в Стране чудес» и Дороти из «Волшебника страны Оз». Они тоже чувствовали себя скованными законами общества и сбежали от них в волшебные страны.

Есть ещё несколько деталей, на которые необходимо обратить внимание: позолоченные настенные часы в виде совы, такие же, как в сказке Гофмана, и, в соответствии со стилем 50-х годов, формовое вишнёвое желе в центре стола, которое у Бартельма и Юнг является входом в тайный мир – вместо классического кукольного дома.

Предоставлено Reid and Harriet Design

Бросим взгляд внутрь вишнёвого замка, который художники создали, вдохновившись замком Золушки из мультфильма Диснея (он вышел на экраны в 1950 году). Дроссельмейер, в своём жёлтом сюртуке и стеклянном парике (детали, взятые у Гофмана), резко выделяется на фоне вишнёвых людей. В центре сцены находятся Русалка и Капустная куколка. За основу костюма Русалки Бартельм и Юнг взяли образ русалки, который использовался в 50-х годах в рекламе тунца Chicken of the Sea.

Предоставлено Reid and Harriet Design

Для деталей костюмов Мышей Бартельм и Юнг взяли за основу элементы одежды королевы Елизаветы середины прошлого века; и даже королевскую чету мышей зовут так же – Елизавета и Филипп.

Предоставлено Reid and Harriet Design

Образ Щелкунчика вызывает ассоциации с самой популярной игрушкой 50-х годов – мистером Картофельная Голова. Его фиолетовый мундир и зелёная шапочка рудокопа соответствуют гофмановскому описанию.

Предоставлено Reid and Harriet Design

Конфетная страна Бартельма и Юнг открывается вальсом Сахарной пудры – вместо вальса Снежинок. В отличие от традиционного «Щелкунчика», костюмы эти – унисекс, как и все в Конфетной стране. Волшебная страна, созданная Рейдом и Хэрриет во втором акте балета, представляет собой образ свободы и творчества, где нет никаких ограничений, накладываемых обществом, и в том числе гендерных норм.

Предоставлено Reid and Harriet Design

Наиболее очевидно это на примере Феи Драже. Возвращаясь к оригинальному тексту, Бартельм и Юнг вместо леденцов и Леденцовой феи вернули в балет конфетки-драже и, соответственно, Фею Драже. Эту главную фею может танцевать, как на пуантах, так и без, и мужчина, и женщина.

Предоставлено Reid and Harriet Design

Создавая костюмы для персонажей, Бартельм и Юнг основываются на оригинальных текстах Гофмана и Дюма, поэтому вместо Шоколада у них танцуют вазочки со взбитыми сливками. Не чувствуется ли тут некоторое соперничество с Ратманским?

Предоставлено Reid and Harriet Design

«Серебряные лебеди с золотыми лентами на шеях» заменят персонажа, ранее известного как Кофе.

Предоставлено Reid and Harriet Design

По словам Юнг, в сказке Гофмана говорилось, что в семье Мари сервировали стол японским фарфором. Юнг нашла образец узора на фарфоре, характерного для периода Эдо в Японии, и использовала его в этих костюмах. «Это просто чайные чашки, неодушевлённые предметы, а вовсе не карикатура на культуру», – говорит она.

 

Предоставлено Reid and Harriet Design

Замена русского танца, или трепака, на танец Гигантских Бриошей тоже связана с текстом сказки Дюма.

Предоставлено Reid and Harriet Design

Бартельм и Юнг чувствовали, что образ Матушки Жигонь (Имбирь) устарел (и в прямом, и в переносном смысле), и вместо него решили ввести новых персонажей – фигурное Имбирное Печенье, которое у Гофмана называется springerle. Фигуры, одетые в средневековые наряды, будут выскакивать прямо из печенья.

Предоставлено Reid and Harriet Design

Здесь изображена финальная сцена в Конфетной стране, которую Бартельм и Юнг назвали «Пещера драже». Наряду с Японским Чаем, Взбитыми Сливками, Гигантскими Бриошами и другими персонажами там присутствуют Жемчужноголовые Пажи-Изумруды (которые заменили ангелочков Баланчина), Засахаренная Груша и Мак. Рядом с Феей Драже Юнг и Бартельм поместили Фею Ландышей – вместо Феи Росы.

 

Предоставлено Reid and Harriet Design

Финальное па де де Бартельм и Юнг переделывают в па де труа Мари (в очаровательной пижаме), Феи Драже и Щелкунчика. В этой версии балета выбор Мари – остаться жить в чуждой условностям Конфетной стране.

Перевод – Светлана Усачёва

Источник: www.pointemagazine.com

Копирование запрещено.

Просмотров: 78