Возвращение забавных картинок: «Паяцы» в театре «Филармонико» в Вероне

Творчество Франко Дзеффирелли уже вошло в историю. У престарелого мэтра, которому 12 февраля стукнет девяносто четыре года (!), до сих пор много поклонников, которые с удовольствием посещают спектакли в стиле kolossal, которые не исчезают с подмостков Арены ди Верона. Есть, конечно, у этого нафталинного стиля и немало противников. Но в католической Италии, весьма приверженной традициям и в том, что касается театра, от продукции флорентийского мастера избавиться трудно.

«Паяцы» в театре «Филармонико»

Франко Дзеффирелли. Фото ENNEVI.

Вот и в 2017 году любимая Дзеффирелли Верона не избежала встречи с его очень старой и заигранной постановкой. Оперные театры в Италии находятся в бедственном положении, а искусству танца правительство и вовсе объявило войну: вслед на закрытием балетной труппы Maggio Musicale Fiorentino распустили по домам и артистов балета Арены ди Верона (было их меньше двух десятков). Денег на искусство тратить не хотят, и поэтому на афише осенне-зимнего сезона веронского театра «Филармонико» только постановки прежних лет, среди которых «Паяцы» Дзеффирелли.

Впервые дзеффиреллиевские «Паяцы» появились на сцене лондонского Ковент-Гардена аж в пятидесятые годы прошлого века, потом в Метрополитен-опере в 1992 году, совсем недавно (в 2011) – на сцене генуэзского Карло Феличе. В году 2012 они были показаны и на сцене «Филармонико». И вот их вновь играют в стенах прекрасного красно-золотого веронского театра, хотя им давно пора в архив.

Ярый противник актуализации классического наследия, Дзеффирелли в случае с «Паяцами» не следует авторскому точнейшему указанию времени и места (в Калабрии близ Монтальто, 15 августа – праздник Успения Богородицы – между 1865 и 1870 годами). История безумной  ревности и кровавого убийства перенесена на сто лет вперед. Но если вы ждете от маэстро сюрпризов, их не последует. Перенос действия на век вперед вовсе не означает актуализации. Перо Леонкавалло вдохновляло реально произошедшее событие. Италия и сейчас печально известна фактами женоубийства – газеты каждый день публикуют чудовищные вести о преследованиях и последующих убийствах девушек и женщин их любовниками, сожителями и мужьями. «Каждый день» сказано вовсе не для красного словца: в год в Италии погибает более трехсот женщин! Так что «Паяцы» хорошо поддаются операции переноса во времени.

Очень аппетитна для широкой публики «картинка» сценографа Дзеффирелли, которая радует фантазией и разноцветьем красок и призвана завлекать и развлекать . Кто бывал в Богом забытых городках глубокой провинции итальянского Юга, легко узнает тесноватую площадь, которую замыкает серый многоэтажный дом, где обретается множество семей: нищета, ужасающий беспорядок, детский ор, женские ссоры, запахи макарон (пардон, пасты!) с тысячью приправ к ней. На нижних этажах раcполагаются мастерская по починке авто и бар с неизбежным названием Centrale (в каждом итальянском местечке, от Венето до Калабрии, есть заведение с гордыми названиями Centrale или Turismo). Справа – нечто похожее на сарай, который оказывается киоском, где торгуют мороженым и прохладительными напитками. Слева бродячая труппа установила свой балаган.  «Картинка», хотя и призвана передать дух социальной деградации, все же олеографически красива – ведь Дзеффирелли обязательно должен «сделать красиво» (как тут не вспомнить фразу Маяковского!).

Photo by Craig T. Mathew/Mathew Imaging. фото ENNEVI.

Верен себе оперный Мафусаил и как режиссер. Как всегда, одержимость идеей создать на сцене реальность, «переплюнуть» саму жизнь, приводит к чрезмерности, от которой неизбежно возникает ощущение усталости, а главное, страдает музыка. Кого только нет на сцене: беременные женщины, дети, старики, жених и невеста, карабинеры, матросы, молодые люди на мотоцикле, проститутки и даже транссексуал. Цирковых артистов Дзеффирелли особенно любит, и в толпе мелькают представители многих цирковых профессий. На сцену изысканного театра «Филармонико» притащили и ослика, не забыв накрыть его спину ковриком (кто знает, не пожалел ли страдающий манией грандиозности Дзеффирелли о подмостках Арены, где возможностей занять в спектаклях животных гораздо больше). Художница по костюмам Раймонда Гаэтани всегда подыгрывает режиссеру по части блеска и мельтешения: на сцене все сверкает, все поражает невероятностью в сочетании цветов. Дзеффирелли и Гаэтани едины также в полном отсутствии хорошего вкуса: дешевые тряпки, блестки, гротескный грим… Совершенно не обязательно было отягощать вполне благородное создание Леонкавалло примитивными приемами, благодаря которым опера предстает «сниженной», но режиссер пошел на это: Тонио нападает на бедную Недду, опрокидывая ее на землю и хватая за ноги, Канио застает ее с Сильвио в постели, когда тот уже порядочно задрал ей юбку. Комедия «оживлена» введением немого персонажа: огромных размеров толстуха с обесцвеченными волосами в супер-мини-юбке натирает тарелки о cвои воистину необъятные груди. А еще там есть огромная, величиной с поросенка, наполовину общипанная курица, которую Коломбина хочет приготовить Арлекину, – она без конца летает из рук в руки. Кому-то все вышеописанное покажется забавным, но тем, кому не изменили здравый смысл и хороший вкус, спектакль Дзеффирелли со всем этим обилием народа на сцене, чрезмерной «движухой», шокирующими красками и бьющими в глаза софитами (в труппе Канио предусмотрена техническая команда!) представляется скорее пародией на «Паяцев», чем самими «Паяцами».

Фото ENNEVI.

На безнадежно архивную постановку ангажированы очень опытные певцы, многие из которых прекрасно выступают в доверенных им ролях. Похоже, что певец из Тревизо Вальтер Фраккаро «назначен» официальным тенором Арены ди Верона и театра «Филармонико» (автору много раз приходилось писать о нем, совсем недавно он с честью спел труднейшую партию Калафа в «Турандот», прибывшей в Верону из Марибора). Он не подводит и в коварной партии Канио, хотя этот голос нельзя назвать свежим. Фраккаро нигде не пережимает, не скатывается на крик, кантилена льется у него свободно, фразировка тонко продумана, а персонаж получается трогательным. Если в первом акте голос певца кажется не до конца разогретым и чуть тусклым, в знаменитом ариозо Vesti la giubba Фраккаро поет с такой горячностью и искренностью, что ему удается вытащить на свет самые лучшие качества своего голоса.

Доната Д’Аннунцио Ломбарди весьма привлекательна в роли Недды, грациозна, искренна, смела. Партия спета уверенно, регистры выровнены, верхние ноты на месте, но голос певицы подобен птице в клетке, что никак не может вырваться на свободу: ему вредят тусклость и отсутствие полетности.

Несколько лет назад, когда «Паяцы» прокатывались на сцене «Филармонико», Дэвид Чеккони, ничем особо не запомнившись, выступал в партии Сильвио. Ныне он поменял безобидную жертву Канио на брутальное чудовище Тонио. Роль Тонио подходит певцу гораздо больше, он завоевывает ярким темпераментом и способностью не обрисовывать монстра только черными красками. У Чеккони объемный и прекрасно летящий в зал голос, который можно упрекнуть лишь в недостаточной обработанности.

Сильвио в исполнении замечательного артиста Федерико Лонги превращается в хорошо отделанную роль и превосходно спетую партию. Таланту Лонги подвластно все, от страстно любящего отца Риголетто до несчастного любовника Сильвио.

Франческо Питтари – Арлекин – мило, хотя и с помарками поет знаменитую серенаду, дуэт с Неддой удается ему больше.

Настоящим открытием является дирижер Валерио Галли, который ведет за собой оркестр нежно и любовно, выделяя меланхолический аспект партитуры Леонкавалло, которая вовсе не лишена элегантности, но часто страдает из-за приклеенных к ней этикеток. На премьере почему-то не удостоилось аплодисментов превосходно исполненное интермеццо. На втором представлении публика воздает Галли и оркестру должное.

«Веселые картинки» Дзеффирелли доставляют самое живое удовольствие публике. По окончании спектакля решено и дальше развлекать ее: паяцы в своих невероятных нарядах появляются в зале и вступают в непосредственный контакт с преимущественно пожилыми зрителями. Надо признать, что их ужимки отличаются преувеличенной грубостью, и некоторые люди спешат сбежать из зала. Канио только что утащили со сцены карабинеры, но никому не нужные ужимки мимов изгоняют его драму из головы.

 

Верона

Специально для Музыкальных Сезонов

фото ENNEVI.

 

Все права защищены. Копирование запрещено

Просмотров: 74