Ностальгический вечер

В Светлановском зале Московского международного Дома музыки состоялся концерт «Оркестра Гленна Миллера» под управлением голландского пианиста Вила Салдена – «фаната» Миллера и специалиста в области его творчества.

 

Прежде всего хотелось бы заметить, что концерт в Доме музыки, да и сам оркестр с его стремлением к аутентичному воспроизведению музыки исторического оркестра Гленна Миллера, к его специфическому саунду, получившему название «chrystal chorus», благодаря звучанию группы саксофонов с солирующим кларнетом, наводит на множество мыслей, посвящённых именно понятию аутентичности.

Последние несколько десятилетий этот термин относили в первую очередь к исполнению музыки эпохи Возрождения, барокко и, частично, к раннему классицизму. И это действительно серьёзная проблема для современных учёных и исполнителей, поскольку не осталось ни исчерпывающих описаний, ни, что вполне естественно, свидетелей.

В случае с оркестром Гленна Миллера ситуация иная – сохранились аудиозаписи оркестра, фильмы, в которых оркестр снимался и записывал к ним музыку – «Серенада Солнечной долины» и «Жёны оркестрантов».

Более того, когда Вил Салден начал работать над созданием оркестра и репертуара, концертировал и был ещё в расцвете творческих сил Текс Бенеке, саксофонист и вокалист в историческом оркестре Гленна Миллера, взявший в свои руки управление после смерти самого Миллера. К тому же, у Вила Салдена были авторские партитуры, ставшие основой репертуара оркестра.

Но с позиции аутентики ситуация, конечно же, иная. Современный оркестр Глена Миллера – это не «клубная» музыка, а вполне академически-концертная, всё-таки у Г.Миллера был оркестр не сцены, а танцпола. Музыканты играют на современных инструментах (а эта индустрия заметно ушла вперёд), и у оркестрантов, кстати говоря, иная ментальность (что естественно – прошло почти восемьдесят лет), и это заметно в импровизациях. Наконец, большие современные залы предполагают подзвучку, и это тоже накладывает свой отпечаток, хотя надо заметить, что звукорежиссёры Дома музыки сработали практически безупречно. Может быть, лишь иногда был чуть перегружен звук контрабаса, и тогда он уходил в сторону тембра бас-гитары.

Оркестр под управлением Вила Салдена сохранил основные традиции оркестра Гленна Миллера, в число которых входила и некоторая театрализация выступлений; это вполне естественно – для каждого музыкального жанра существует свой набор приёмов, привлекающих внимание публики. В данном случае это были и «игры» с сурдинами, и синхронные движения музыкантов, и яркие выходы-уходы на соло к микрофону, это естественно, это шоу.

Было ощущение, что некоторые партитуры Вил Салден всё же немного подкорректировал, то есть, пошёл по тому же пути, что и Текс Бенеке, когда стал руководителем оркестра в 1946 году.

По крайней мере «Серенада лунного света», открывшая концерт, звучала мягче и, что ли, шикарнее, чем в оригинале, за счёт чуть более медленного темпа. Тем не менее ни с чем не сравнимый тембральный микст Гленна Миллера был абсолютно узнаваем. К тому же, основу концертной программы составили самые известные композиции Миллера.

Шоу оркестра Вила Салдена, конечно же, не является полным повторением того явления, которое мы знаем, как биг-бэнд Гленна Миллера. Это вполне естественно, начиная с того, что акцент перенесен с тромбониста Миллера на пианиста Салдена.

Но и вокальная секция претерпела заметные изменения. Эллен Блик, исполнявшая вокальные произведения, радикальным образом отличается от образа, созданного на рубеже тридцатых-сороковых Марион Хаттон – это другой голос, другая манера, другая эпоха.

И здесь, мне кажется, было бы уместно сказать пару слов в адрес тех, кто составлял программку (я имею в виду полиграфическое изделие, напечатанное на глянцевой бумаге формата А4 и продававшееся по двести рублей). Допустим, названия произведений, приведённые в ней в переводе на русский, можно как-то объяснить – заботой о полуграмотном зрителе или особенностями законодательства, хотя для того, чтобы понять, что «Перекрёсток “Смокинг”» – это хорошо знакомая и всеми перепетая «Tuxedo Junction», требуются некоторые усилия. И вообще, это напоминает добрые старые времена, когда на гибких пластиковых голубых пластинках фирма «Мелодия» выпускала песни вокально-инструментального ансамбля из Англии «Девушка», «Вчера» и «Через вселенную».

Это еще полбеды. Не напечатать состав оркестра, а он ведь не такой большой… Ну, допустим. Но не указать в программке имя солистки – вот это уже некоторый перебор.

Кстати, проблему вокала в оркестре Вила Салдена решили довольно просто и виртуозно – и здесь хотелось бы в очередной раз выразить восхищение оркестрантами. Ведь в историческом оркестре Гленна Миллера ансамблевый вокал исполняла группа «The Modernaries», с которой он сотрудничал с 1940 года. Здесь же эту роль исполняют музыканты оркестра, которые на время вокального номера аккуратно кладут свои инструменты, выходят к микрофону и абсолютно профессионально исполняют вокальные партии. А сам Вил Салден выполняет в этих случаях роль саксофониста и вокалиста исторического состава Гордона «Текса» Бенеке.

И, разумеется, каждый артист – это блистательный солист-инструменталист. Собственно, композиции Гленна Миллера так и были написаны – внутри почти каждого произведения были маленькие сольные фрагменты, во время которых солист либо вставал и играл свою фразу, либо выходил на авансцену.

А инструментальная композиция «Flying Home», написанная Гленном Миллером в 1944 году уже для оркестра Военно-воздушных сил, исполненная в начале концерта, просто стала «Путеводителем по оркестру» – свой тембр и мастерство показали и солисты, и группы оркестра, тем более что тембров в биг-бэнде больше, чем инструментов – огромную роль играют разнообразные сурдины, и их работа очень театрализовано была показана в действии.

Хотя не обошлось и без неловкости: в песне Керна/Хаммерстайна «I Won’t Dance» соло трубы с сурдиной как бы на втором плане плотной партитуры публика так и не заметила, несмотря на то, что трубач безуспешно пытался привлечь внимание публики, и он не получил свою совершенно заслуженную порцию аплодисментов.

Программа концерта была скомпонована психологически очень точно: вокальные произведения перемежались инструментальными, чередовались более известные произведения с менее известными, в середине первого и второго отделений Вил Салден персонально представил каждого музыканта оркестра, что было, во-первых, абсолютно справедливо, а во-вторых, дало им возможность несколько передохнуть, потому что для исполнителей такая плотная программа, где номер за номером следует почти без пауз – довольно серьёзное физическое испытание.

К завершению концерта оркестр вышел с знаменитой «Пенсильванией 6-5000», исполненной с набором соответствующего реквизита – железнодорожными билетами, газетой, музыкантами, вышедшими в кепках на авансцену и тромбонистами, жестами изображавшими паровозные колёсные тяги.

Для полного счастья в программе не хватало только «Чаттануги», и оркестр, не особо затягивая аплодисменты публики, исполнил её в качестве биса.

Желая сделать приятное московской публике, Вил Салден завершил концерт инструментованной для биг-бэнда песней Л.Книппера «Полюшко-поле». Что, на мой взгляд, стало стилистическим излишеством.

Но так или иначе, было огромным удовольствием прикоснуться к музыке Гленна Миллера и услышать её насколько возможно близко к оригиналу.

Фото Владимира Зисмана

Все права защищены. Копирование запрещено.

Просмотров: 187