Царский подарок Эдипа

Благотворительный фонд «Острова» подарил Петербургу прекрасный музыкальный спектакль «Царь Эдип». Представление состоялось на сцене Александринского театра, и все пожертвования и средства от продажи билетов, как было объявлено, направлены на реализацию программ фонда. «Острова» – это организация, которая оказывает системную помощь больным редким генетическим заболеванием – муковисцидозом, поражающим лёгкие и пищеварительную систему и ведущим к резкому сокращению срока жизни.

Почему «Царь Эдип»? Создатели художественного проекта посчитали, что трагическая судьба Эдипа своей неотвратимостью перекликается с участью больных малоизученной роковой болезнью. Пусть так. Важно событие, в результате которого страждущие получили помощь, а любители интеллектуального театра – великолепный вечер в Александринке.

Сцена из спектакля Царь Эдип

Сцена из спектакля

Опера-оратория Игоря Стравинского ставится в России крайне редко, и одна из причин – тексты на латыни. Однако если учесть, что нынче в опере всегда работает «бегущая строка», даже когда текст русский, то это как бы и не причина; хотя слушать латынь в пении куда менее привычно, чем современные европейские языки. Вторая и основная, я думаю, причина – сложный музыкальный язык и особость драматургии, при которой в спектакле нужно органично объединить театральным действием чтеца, певцов, мужской хор и мощный оркестр. Постановщик Виктор Высоцкий скрестил эту массу ещё и с изощрённым пластическим рисунком хореографа Кирилла Радева, движением кукол выше человеческого роста, танцем-пантомимой «живых кукол» – балетного двойника царицы Иокасты (Мария Маркунина) и Тиресия (Алексей Мельник), графично изваянными огромными, словно мраморными масками и умеренно использованным видеорядом. Всё это вполне могло стать хаотичной массой, но не стало: в спектакле, выстроенном чётко и осмысленно, соединилось, избежав эклектики, казалось бы, крайне опасно совместимое. Строгая статуарность музыки поддержана ровным и стильным звучанием Санкт- Петербургского фестивального оркестра с Мариусом Стравинским (родственником композитора) за пультом, монументальной мощью мужского хора Владимира Беглецова, сдержанной эмоциональностью развёрнутых, технически сложных монологов солистов и сценической малоподвижностью певцов, крупными, очень выразительными масками-головами: Пифии, которая, пророчествуя, отверзает алую, словно окровавленную пасть, и Эдипа, из чьих глазниц исполнитель вокальной партии заглавного героя английский тенор Эндрю Стейплс в финале извлекает белые шары с красными лентами.

Царь Эдип. Эндрю Стейплс - Эдип

Эндрю Стейплс — Эдип. Финал

За сценическую динамику отвечало кукольное действие, созданное Андреем Князьковым. Артисты в чёрных комбинезонах виртуозно работали с большими белыми куклами –  двойниками героев мифа, соединяя пластику персонажей-манекенов с живыми движениями танцовщиков, существующих в кукольной эстетике. Небольшой, но очень мобильный балетный ансамбль выполнял самые разные функции, от темпоритмически-декоративной до метафорической – символа судьбы Эдипа. Отцеубийца и муж собственной матери по абсолютному неведению, царь попадает в сети роковых обстоятельств. На сцене это вполне реальные чёрные сети, но работает с ними балет многозначно и совсем не иллюстративно. Красиво контрастное сочетание локальных ярко-красных пятен с чёрно-белыми масками и одеяниями крупных кукол и живых исполнителей, при этом нет диссонанса со строгостью концертных костюмов вокалистов, стоящих за небольшими трибунами по краям сценической площадки. Умелое сочленение разностильного в рамках единого художественного приёма – явная удача художника-постановщика Юлии Гольцовой. Оркестр располагается позади игровой площадки, создавая плотный фон звука и густого тёмного цвета.

Царь Эдип в Александринском театре

Сцена из спектакля

Эндрю Стейплс и его партнёры демонстрировали, прежде всего, достойную вокальную культуру, необходимую для столь изысканного музыкального материала. Благородный тенор Стейплса звучал особенно интересно, в манере стильного барочного пения. Красивым полным меццо и напряжённым трагизмом оттеняла мужской ансамбль Олеся Петрова – Иокаста. Певец из Австрии Эверт Соостер качественно озвучил сразу две партии – Креонта и Вестника. Красивый бас Дениса Серова – Тиресия и звучный тенор Сергея Алещенко – пастуха добавили положительных эмоций, даруемых хорошим вокалом. Спокойно, без трагедийного пафоса, даже с некоторой долей иронии человека ХХI века вёл свой рассказ чтец Никита Ефремов. Но главное – никто и ничто не существовало на сцене само по себе. Синтез искусств состоялся.

Царь Эдип. Олеся Петрова - Партия Иокасты

Олеся Петрова — Партия Иокасты

От этого вполне современного представления веет неподдельной жёсткой архаикой. Театральные приёмы и эффекты, вроде бы простые, даже примитивные, но использованные в контексте общего точно и целенаправленно, воздействуют результативно. Действо, обозначенное постановщиками как «кукольная мистерия», берёт в плен законченностью формы, смелой синтетичностью, красотой работы актёров самой разной специализации, высоким уровнем музицирования и настоящей театральностью – особенно последнее сценическое высказывание, когда Стейпс – Эдип, сопровождаемый прощальным хором, медленно движется к рампе с шарами-глазами в руках…

Утверждать, что всё представленное придумано с нуля, не стоит. Были спектакли в подобном стиле и прежде, например, «Царь Эдип» американского режиссёра Джули Теймор тоже был синтетическим в широком смысле слова. Но в искусстве всегда всё строится на фундаменте уже завоёванного. И каждый следующий шаг, если он сделан талантливо (а состоявшийся спектакль именно таков), воспринимается абсолютно самостоятельным, новым театральным опусом – цельным, ярким, способным сильно воздействовать на эмоцию и интеллект требовательного зрителя.

 

фото  предоставлены благотворительным фондом «Острова»

«Эдип» в картинках.

С Мариусом Стравинским, Кириллом Радевым, Никитой Ефремовым, Эндрю Степлсом, Олесей Петровой, Эвертом Соостером, Денисом Седовым, Сергеем Алещенко.

Режиссер – Виктор Высоцкий, художник – Юлия Гольцова, кукольная пластика – Андрей Князьков, свет – Екатерина Аронова

Эта большущая маска – Пифия. Если подержаться за её нос, всё пройдёт благополучно.

                                              Все права защищены. Копирование запрещено

 

Просмотров: 215