Людвиг ван Бетховен. Рондо «Ярость по поводу утерянного гроша»

Величественные героические образы, острейшая конфликтность, накал страстей, мужественная лирика – все это вспоминается в первую очередь, когда речь заходит о творчестве Людвига ван Бетховена… но ведь круг образов бетховенской музыки гораздо шире! Страстная натура композитора живо отзывалась на жизнь во всех ее проявлениях – и жизнь была заполнена отнюдь не только трагедиями и героической «борьбой с судьбой». Композитор мог и от души веселиться, и шутить – и в его творчестве находится место и для юмора. Так, своему другу скрипачу Игнацу Шуппанцигу, обладавшему поистине могучей комплекцией, Бетховен дал прозвище «лорд Фальстаф» и посвятил шуточный канон для четырехголосного хора «Похвала тучности», а на нотах дуэта для альта и виолончели написал «Дуэт для двух пар очков», намекая на близорукость первых исполнителей.

Замечательным образцом бетховенского юмора является небольшая – звучащая всего несколько минут – пьеса, которую композитор озаглавил Rondo alla ingharese quasi un capriccio. Уже в таком наименовании чувствуется ирония: слова «ingharese» в итальянском языке нет – Бетховен сам придумал его, составив из слов zingarese («цыганский») и all’ongarese («в венгерском стиле») – ведь в описываемую эпоху определения «венгерская» и «цыганская» применительно к музыке воспринимались как синонимы… Итак, «Рондо в цыганско-венгерском стиле в духе каприччо», но произведение это – с легкой руки Антона Шиндлера, секретаря композитора – более известно под иным заглавием: «Ярость по поводу утерянного гроша».

Номер опуса весьма поздний – 129, однако Бетховен написал рондо в молодости, когда ему было всего двадцать пять лет, но при жизни автора оно не издавалось. Вскоре после смерти Бетховена рукопись попала в число вещей, продававшихся на аукционе, где и приобрел ее Антон Диабелли, и только тогда рондо впервые было издано.

Рондо являет собою остроумную комическую сцену: начинаясь с беззаботной темы, напоминающей польку, оно переходит к хаотичному блужданию по тональностям (обнаружение пропажи и бесполезные поиски), к бурным пассажам и трелям (волнение), к «грозным» арпеджио в низком регистре (ярость).

«Бессмертной шуткой гения и громовержца» назвал рондо музыковед Михаил Казиник. Пианисты любят исполнять его, особенно когда нужно сыграть что-нибудь на бис. Высоко ценил это произведение Роберт Шуман. Он утверждал, что если на Страшном Суде на одну чашу весов поместят десять патетических увертюр, а на другую – «Ярость по поводу потерянного гроша», то увертюры «взлетят до небес». На примере бетховенского рондо Шуман советовал композиторам учиться той естественности, о которой «необходимо время от времени напоминать».

 

Музыкальные Сезоны

 

Все права защищены. Копирование запрещено

Просмотров: 71