Наступила весна, и балетная труппа Мариинского театра Приморской сцены вновь прилетела на берега Невы

 

 

Гастроли, проходящие дважды в году, сделали творческий коллектив желанным гостем Санкт-Петербурга, появились постоянные почитатели, ожидающие очередной встречи с талантливыми артистами из Владивостока. Их востребованность столь очевидна, что пришлось увеличить число спектаклей, прокатывая их по два раза на дню. И все равно залы переполнены, а билеты раскуплены загодя.

Л. Сартакова — Шехерезада, С. Уманец — Шахрияр

Гастрольная афиша выстраивается умело, сочетая балеты классического наследия и эксклюзивные постановки театра. Например, наряду с традиционными «Спящей красавицей», «Жизелью» и «Корсаром», публике в разные годы представляли «Федру» Филиппа Гласса-Флеминга Флиндта, «Жар-птицу» И. Стравинского-Э. Алиева. Вот и на сей раз три названия из четырех напрямую связаны с именем балетмейстера-постановщика Эльдара Алиева. Он – автор феерии «Тысяча и одна ночь» Фикрета Амирова, создатель оригинальных версий «Корсара» (по Мариусу Петипа) и «Щелкунчика».

Посещение спектаклей уже виденных, интригует новыми именами исполнителей. Безусловно, интересно сравнивать интерпретации опытного создателя образа сурового восточного правителя Сергея Уманца и Размика Марукяна. В партии Шахрияра танцовщик, увенчанный лаврами нескольких конкурсных наград, вполне оправдывает и свой приз «за лучшее артистическое исполнение» (получен в 2017 году на Международном конкурсе Prix Arabesque в Бельгии).

И. Сапожникова — Нурида, Р. Марукян — Шахрияр

Шахрияр Марукяна живописен. Все его существо источает брутальную силу и мощь. Цельность пластического рисунка подкреплена внутренним обоснованием поступков оскорбленного мужа, страстным проживанием роли.

Подошла Марукяну и роль благородного предводителя пиратов Конрада («Корсар»). Героика близка мужественному  и темпераментному танцовщику. Марукян показывает сильного духом Конрада, способного на смелые решительные поступки и всегда побеждающего. Любовная мелодрама лишь часть образной характеристики Конрада в интерпретации артиста.

В «Щелкунчике» опять блеснули исполнители главных партий Лада Сартакова, Ирина Сапожникова (Фея Драже), Денис Клепиков и Алексей Голубов (Принц).

А. Самострелова — Фея Драже, А. Голубов — Принц

Лилия Бережнова, Анна Самострелова, Шизуро Като, Сергей Аманбаев, Сергей Боровых, Денис Колесников, Михаил Шулаев, Алексей Калинин… затруднительно назвать другой театр, столь плотно укомплектованный крепкими танцовщиками и одаренными актерами. Вместе с мастерами на сцену все увереннее выходят новые поколения артистов. В партии Мари в «Щелкунчике» на петербургской сцене успешно дебютировала Мария Попова. Совершенствуется состав корифеев и солистов, шлифуется кордебалет.

Вдумчивая репертуарная стратегия художественного руководителя труппы Эльдара Алиева постоянно обогащает уже вполне разнообразную эмоциональную палитру балетов. Здесь произведения на тему русских сказок и былин («Жар-птица», «Петрушка», «Свадебка», «Конек-горбунок»), волнующие романтические истории («Лебединое озеро», «Спящая красавица», «Раймонда», «Баядерка»,), сценические воплощения греческих мифов — трагическая «Федра», вакхические «Дафнис и Хлоя». Библейский сюжет раскрыт в поучительном «Блудном сыне», а великая европейская литература представлена жизнерадостным «Дон Кихотом» и кровавой драмой «Кармен-сюиты». Работа артистов с разными хореографическими стилями от Петипа, Джорджа Баланчина, Ролана Пети до Дмитрия Пимонова раздвигает творческие границы и расширяет художественное мировоззрение танцовщиков.

И вот последняя по времени премьера театра – балет «Тщетная предосторожность». На его постановку Алиев пригласил именитого петербургского балетмейстера Олега Виноградова, впервые сочинившего этот спектакль в бытность главным балетмейстером Малого театра (ныне Михайловский) в 1971 году. В 1994 году, уже возглавляя балет Кировского театра (Мариинский), он перенес спектакль на главную академическую сцену города. Эти беспечные молодые влюбленные снова и снова творили свою судьбу в театрах Саратова (1971), Одессы (1973), Берлина (1974), Фрунзе (Бишкек, 1976), Риги (1978), Минска (1979), Таллина (1980). В 2001 году премьера состоялась в Московском музыкальном театре имени К.С. Станиславского и Вл. И. Немировича-Данченко.

Л. Сартакова — Лиза, Д. Клепиков — Колен

Увы, на долгие годы данная версия «Тщетной предосторожности» с российских сцен исчезла. Теперь Виноградов и Алиев подарили спектаклю новую жизнь.Сама история «Тщетной предосторожности» чрезвычайно интересна. Прежде всего потому, что комический жанр в балете – явление чрезвычайно редкое. А свою родословную «Тщетная предосторожность» ведет аж с XVIII века. Балет с таким названием («La Fille mal gardée» или «Плохо сбереженная дочь») был поставлен в 1789 году Жаном Добервалем в Бордо. Балетмейстер-реформатор впервые вывел на сцену совершенно новых героев. Античных богов и персонажей греческих мифов сменили простые люди с их чаяниями и живыми чувствами. Конечно, ни музыки, ни хореографии того спектакля не сохранилось. Зато до нас дошли перевод либретто балета и анализ мизансцен русской танцовщицы XIX века Е. Соколовой, зафиксировавшей нюансы  пантомимы. Эти важнейшие сведения легли в основу оригинальной постановки Виноградова, который избрал в качестве музыкального соратника композитора Ф. Герольда (дирижер-Виталий Шевелев).

Виртуозная техника отличает произведение, наряду с его кипучей веселостью. Артисты буквально купаются в своих ролях, легко переключаясь с бурлеска на лирическую комедийность и элегическое настроение. Сочными красками нарисованы портреты Аленов. Персонаж Дениса Колесникова скорее глуповато-наивный, Александра Ермохина — уморительно-трогательный. Михаил Шулаев, Алексей Калинин в роли комической старухи Марцелины. Невозможно сдержать улыбку, когда эта разгулявшаяся гусыня прыгает, играя юбкой, a la Люсиль Гран в «Романтическом pas de quatre».  Никита Филонов в роли зажиточного мельника Мишо тоже раскованы и очень колоритны.

У Лады Сартаковой Лиза шаловливая барышня, в голове которой совсем не хозяйственные дела, а забавы амурные. Она-то уж знает, как приручить воздыхателя, заставив поработать за себя, да и сердитую мамашу осадить. Балерина уверенно накручивает чуть ли не по пять pirouettes Ирина Сапожникова-Лиза тоже живо ощутила клокочущий пульс партии Лизы, и тоже во всеоружии техники. В ее исполнении заострены характерные поступки ветреной, пустоватой девицы, возбужденной гормонами. Взбивая музыкальные-пластические ритмы, подобно маслу в энергичной маслобойке Колена, артистка придает движениям порывистость и предельную эмоциональность.

Д. Клепиков — Колен, М. Шулаев — Марцелина, А.Калинин — Мишо

Не многим уступили им и партнеры. Клепиков, и Като справились с максимально взвинченной Виноградовым мерой танцевальности. В комедийной стихии спектакля Клепиков более сдержан, Улыбчивый Като эмоционально открыт и щедр. Оба танцовщика добавили образу лиризма. Оба танцовщика добавили образу лиризма. Продираясь сквозь требования французской «школы», с ее знаменитой культурой стоп, в той или иной степени добиваясь блеска «датских» entrechat, танцовщики внесли жизнерадостное ощущение в эмоциональный строй спектакля.

И. Сапожникова — Лиза, Ш. Като — Колен

Как итог, петербуржцы стали восторженными свидетелями завораживающих танцевальных эскапад арИлья Коротковтистов, у которых техницизм партии не терял нужной меры органики и жанрового психологизма образа.

 

Фото предоставлены пресс-службой театра

Авторы фото: И. Короткова и А. Филькина