Призрак оперы — наши рекомендации

Оценивать художественную значимость и адекватность мюзикла Уэббера, тридцать лет идущего с бесперебойными аншлагами на всех основных площадках от Вест-Энда до Бродвея, — это как рецензировать очередное «Лебединое озеро» в Большом театре; значение имеет только степень подобия оригиналу, который есть эталон. В этом смысле команда постановщиков Stage Entertainment — мастера непревзойденные: степенная хореография, мерный ритм, картинные мизансцены и главное — неправдоподобно роскошные драпированные занавесы, — все миллиметр в миллиметр, что называется, по ГОСТу. Жутковатая история про таинственного злого гения в маске, обитателя старинного оперного театра, и его безнадежную любовь к юной солистке воплотилась на отечественной сцене, кажется, в лучшем возможном виде. Местами мерещится даже, что театр перенесся во времена архаики сценических эффектов начала 1980-х — злодей очень смешно пуляется огнями.

Неминуемые отличия премьерного показа 1983 года от московской адаптации 2014-го составляют, ясное дело, две вещи: язык и контекст. Либретто перевел мэтр авторской песни Александр Иващенко — и честно признался, что, ввиду лаконичности английского языка, с «четвертью смысла пришлось распрощаться». Впрочем, не работавший с индустрией мюзиклов со времен «Норд-Оста» бард сноровки не растерял. И если обреченный стать хитом номер «Маскарад» — он и в Вест-Энде «Masquerade», то фатальный «The Point of No Return» в русской версии превратился в эстрадный шлягер «Мы пересекли черту», который не лезет из головы еще долго после финального занавеса. Другое дело, что оба номера артистами исполнены будто вполсилы и все ансамблевые фортиссимо как по линейке равномерно спустились до меццо форте; тот же «Маскарад», к примеру, из максимального бурлеска скатился в рядовой номер «Голубого огонька».

Просмотров: 1