Опера в крепостных стенах

Оперный фестиваль Савонлинны

Фото предоставлено пресс-службой Оперного фестиваля Савонлинны

 

Самый известный на международном уровне финский фестиваль – Оперный в Савонлинна, который проводится во дворе средневековой крепости Олавинлинна с 1912 года. Двор крепости, накрытый временным шатром, превращается в зрительный зал и вмещает в себя 2 257 человек. Оперы исполняются на языке оригинала и сопровождаются cубтитрами на финском и английском языках.

 

Фестиваль этого года (проходящий с 8 июля по 6 августа) имеет уклон в итальянскую сторону: три оперы Верди по пьесам Шекспира («Отелло», «Фальстаф», «Макбет»), «Норма» Беллини и «Богема» Пуччини. «Разбавляют» итальянцев «Дон Жуан» Моцарта и «Из мёртвого дома» Яначека.

 

Программа сочетает собственные постановки фестиваля и спектакли приглашённых трупп. «Семь опер за четыре недели – это предел, определяемый техническими причинами», – говорит художественный руководитель фестиваля Йорма Силвасти (Jorma Silvasti) и поясняет проблемы формирования репертуара: «Финские зрители не знают международных звёзд, их нужно просвещать. Но Савонлинна стала известна миру благодаря тому, что здесь звучали финские оперы, а с 2000 года стало много европейской классики, и часть зарубежной публики мы потеряли. Сейчас объявлен конкурс на либретто финской оперы, которая должна появиться на фестивале 2019 года».

Фестиваль содержит свой оркестр и хор, куда входят представители разных коллективов, а солистов, дирижёров, постановщиков приглашают индивидуально на отдельные спектакли.

 

Оперный фестиваль Савонлинны

Otello . Фото предоставлено пресс-службой Оперного фестиваля Савонлинны

«Отелло» Верди – новая постановка Савонлиннского фестиваля, сделанная в сотрудничестве с «Хорегиями Оранжа» (Chorgies d`Orange), старейшим музыкальным фестивалем на сцене античного театра во французском городе Оранж. Режиссёр Надин Дуффо (Nadine Duffaut) и сценограф Эммануэль Фавр (Emmanuelle Favre) изобретательно использовали непростые условия сцены, вытянутой вдоль старинных стен. Декорации  минимальны, образны и функциональны. В старинную кладку органично вписались несколько обломков дворцового фасада, венчаемых крылатым львом – символом Венеции. На первый взгляд, они неотличимы от крепостного гранита, но в нужное время превращаются в прозрачный экран, на котором крупным планом проецируются лица протагонистов, что позволяет донести нюансы мимики, а, следовательно, детально передать чувства героев.

Художник Катя Дюфло (Katia Duflot), стилизуя костюмы под исторические, играет цветом. Персонажи одеты в светло-серые тона. Только Отелло с первых шагов щеголяет в кроваво-красном, как палач, выделяясь на общем фоне, и Дездемона, не отличающаяся цветом платья от остальных, в момент смерти удостаивается ангельски белой сорочки.

Свою лепту в успех внесли хор под руководством Матти Хюокки (Matti Hyokki ) и оркестр, ведомый дирижёром Чжангом Сянь (Zhang Xian).

 

Савонлиннцы не поскупились пригласить одного из лучших сегодня исполнителей партии Отелло – литовского певца Кристиана Бенедикта (Kristian Benedikt). Тенор di forza, с уверенными верхами, точными интонациями, широким диапазоном, Бенедикт идеально подходит для роли шекспировского героя.

Оперный фестиваль Савонлинны

Кристиан Бенедикт и Яна Клейн после спектакля «Отелло». Фото Ларисы Абызовой

Помогает и внешность: высокий, крупный мужчина с выразительной мимикой. Неслучайно партию Отелло он исполнил около сотни раз в разных редакциях на самых престижных сценах (петербуржцы имели удовольствие слышать его в Мариинском театре). И хотя сам певец считает наиболее запомнившейся для себя работу над этой ролью с режиссёром Эдмунтасом Някрошюсом в родном Литовском национальном театре оперы и балета, в нынешнем исполнении это влияние не прослеживается. Игровые моменты скупы. Силу страстей своего героя Бенедикт передает экспрессивной вокальной мощью.

Партия Дездемоны оказалась дебютом для Яны Клейн, москвички, окончившей РАМ имени Гнесиных, ныне выступающей на европейских сценах с достаточно большим репертуаром. Вокальная техника у певицы есть, но отсутствие глубоких эмоций не позволило ей создать запоминающийся образ. Можно сказать, что спектакль, где, кроме Бенедикта, удачно показались Елия Фаббиан (Elia Fabbian) в партии Яго и Юсси Миллис (Jussi Myllys) – Кассио, стал мужским.

 

Зато в «Фальстафе» женская часть достойно противостояла мужской половине не только по сюжету. Постановка «Фальстафа», принадлежащая Равенскому музыкальному фестивалю, в Савонлинне показана впервые. Режиссёр Кристина Маццавиллани Мути (Cristina Mazzavillani), дирижёр Никола Пашковский, сценограф Эцио Антонелли (Ezio Antonelli) и художник по костюмам Алессандро Лаи (Alessandro Lai) сделали яркий, остроумный спектакль в устоявшихся традициях, без претензий на новомодную интерпретацию.

Оперный фестиваль Савонлинны

Falstaff. Фото предоставлено пресс-службой Оперного фестиваля Савонлинны

Ансамбль женщин-проказниц, наказавших незадачливого героя, был отменно срепетирован актерски и вокально. Сопрано Элеоноры Буратто (Eleonora Buratto) в партии Алисы Форд, меццо-сопрано Изабель де Паоли (Isabel de Paoli) в партии миссис Квикли, меццо-сопрано Анны Малавази (Anna Malavasi) – миссис Мэг Пейдж, сопрано Дамианы Мицци (Damiana Mizzi) – Нанетта звучали слаженно и полнозвучно.

В партии Фальстафа выступил болгарский баритон Кирил Манолов. Его сильный, богатый нюансами голос вкупе с колоритной внешностью позволил создать образ беспутного кутилы, обладающего, однако, своеобразной харизмой.

В Олавинлинне поют без подзвучки. Уникальная акустика – гордость здешней сцены. Забавно, что в «Фальстафе» это создало проблему. Привозной спектакль был оснащён проекторами, которые шипели. В Равенне этого не было слышно, а в финской крепости аппаратуру пришлось переделать. Впрочем, одну проблему решить не удалось: птицы вокруг средневековых стен в белые ночи не спят и своим пением порой соревнуются с певцами и оркестром.

 

Лариса Абызова

Просмотров: 26