Кафка на балетной сцене

Премьерные спектакли одноактных балетов «Унесенные» и «Превращение» представлены театром «Новый Балет» на сцене Московского ТЮЗаПремьерные спектакли одноактных балетов «Унесенные» и «Превращение» (по мотивам одноименной повести Ф. Кафки), представленные театром «Новый Балет» на сцене Московского ТЮЗа, стали заметным событием уходящего театрального сезона столицы. Судя по благодарным аплодисментам зрителей, в основном молодежи, спектакли понравились. Мнение балетоманов и специалистов разделилось, вызывая споры – признак неординарности увиденного и отсутствия скуки на сцене.

Многие десятилетия герой знаменитой абсурдистской повести Франца Кафки «Превращение» («Die Verwandlung») коммивояжер Грегор Замза занимает умы и сердца людей разных поколений по всему миру, привлекая своей трагической судьбой несуразного одиночества в образе огромного мерзкого насекомого, окруженного гротескными бессердечными персонажами родных и близких.

В повести раскрыта трагедия покинутого и чувствующего себя виноватым существа перед лицом абсурдной и бессмысленной судьбы. Но даже в таком виде Грегору присуща взывающая к состраданию человечность.

В свойственной ему манере Кафка не высказывает своего отношения к происходящему, а лишь описывает события, что дает свободу многочисленным инсценировкам и экранизациям, в том числе и у нас («Превращение», реж. Валерий Фокин, 2002; в главной роли – Евгений Миронов).

Однако рассказать о мученических муках человека-насекомого  языком хореографии – счастливая идея, вдохновившая пока только Кирилла Радева, не раз доказывавшего свой талант хореографа; идея сколь амбициозная, столь и сложная, но, как оказалось, вполне осуществимая.

Радев, на мой взгляд, уловил и попытался передать кафкианскую «медитацию наоборот – восхождение не к вечному блаженству, а к вечной муке», когда закрывается мир, видимый обычному человеку, и открывается нечто совершенно иное, доступное только глазам художника, творца.

Прочувствовав вслед за Кафкой ужас и прелести «иного мира», постановщик расшифровал суть современного магического реализма с его сопоставлением фантастических происшествий с действительностью и передал его средствами пластики. Таким образом материализовались предсмертные слова Кафки: «Доктор, дайте мне смерть, иначе вы убийца». Такое могли породить только уста великого художника.

Глубокая, серьезная, образная музыка Моисея Вайнберга (1919–1996), которого Дмитрий Шостакович считал «одним из выдающихся композиторов современности», способствовала созданию музыкально-пластической атмосферы кафкианского спектакля.

Образные монологи, сложные ансамблевые композиции, максимальное погружение в музыкальный материал, оригинальные пластические решения, присущие стилю хореографа-постановщика Кирилла Радева, – яркое тому свидетельство.

Артисты во главе с Андреем Остапенко (Грегор), обладателем «говорящего тела», продемонстрировали слаженный исполнительский ансамбль, владеющий искусством современного сценического танца.

Балет «Унесенные» представлен даровитым петербургским хореографом-миниатюристом, обладателем многих престижных премий Константином Кейхелем на музыку Йозефа Гайдна и современного итальянского виолончелиста и композитора Джованни Соллимы.

Однако цельного спектакля о стихии четырех ветров на этот раз не получилось, балет распадается на отдельные сценки, а однообразная, повторяющаяся хореография не выражает обещанный «кружевной  вихорь, сплетенный из танца и музыки». Ветры напоминают по пластике прохожих в сумрачный ветряный день, а не могучие силы природы.

Исполнители-молодцы (Диана Мухамедшина, Анастасия Николаева, Андрей Остапенко, Егор Маслов) старательно «выплетали» предложенную постановщиком хореографию. Получалось нечто вроде забавной пародии на стихию ветров.

Я вот думаю: может, и не замахиваться на «кружевной вихорь», а просто поменять текст в программке?

 

Все права защищены. Копирование запрещено

Просмотров: 207